Одним из последних в зал зашел представитель родного агентства. Старичок был доволен хотя бы тем, что третий год заседает в Сиэтле, а не бегает взмыленный по отечественным заводам, подгоняя поставщиков. Но и его закаленного интригами лица коснулась нешуточная тревога: синекура вдруг обросла непредвиденными заботами.

Лишь председатель совета директоров Томсон сохранил невозмутимость. Едва он опустился в кресло, совещание началось, хотя часы давали опаздывающим еще пятнадцать секунд. Но Томсон считал себя сильнее времени.

— Ситуация следующая, — доложил секретарь. — Как вы уже знаете, три часа назад орбитер «Нева» совершил вынужденную посадку на гражданскую полосу одного из островов Микронезии. Ничего серьезного не случилось, отказала система ориентирования, мы просто заменим сгоревший блок и все. Однако! Через две недели у нас крайняя дата в контракте на выведение кластера низкоорбитальных спутников связи. Да и прочие заказы поджимают. Заменить «Неву» сейчас нечем. «Астролябия» проходит модернизацию, у «Бигля» технические проблемы с двигателем, а «Мэтью» заряжен по научной программе, и использовать его в качестве транспорта мы не можем.

— Итак, нам нужна «Нева»! — громогласно заявил Томсон. — И нужна не позднее чем через неделю!

При штатной посадке корабль перегоняли своим ходом. Его двигатели позволяли летать по-самолетному, хотя и пожирали огромное количество топлива. Если же посадка была нештатной, инструкциями предписывалось транспортировать корабль на носителе. Обычно в таких случаях с орбитера снимали консоли крыльев с двигателями и, посадив на спину «Антонова» или «Боинга», переправляли в Сиэтл.

— Загвоздка в том, что для погрузки орбитера на самолет необходим специальный подъемник, — сообщил главный инженер. — А в Микронезии такого, понятно, нет. Доставить подъемник возможно лишь морем, причем уйдет на это не меньше десяти дней. А значит, в срок нам не управиться.

Директора заерзали в креслах. Дело пахло отменой гольфа и воскресных прогулок под парусом.

— Выход один — перегонять орбитер своим ходом, — подытожил инженер.

— Бетонная полоса на острове — тысяча восемьсот, — возразил кто-то из техников. — Она способна принимать крупные авиалайнеры, но для взлета орбитера коротка.

— Мы будем взлетать без полезной нагрузки и почти без окислителя, так что дистанции для разбега должно хватить. И все же придется поднимать корабль с полупустыми баками и взлетать на форсированном режиме.

— И на чем же он будет лететь, если сожжет почти все на взлете? — возразил все тот же скептик.

— Главное — добраться до базы на Филиппинах, — сообщил инженер. — Там дозаправим. Затем сделаем еще две промежуточные посадки на наших базах в Индии и Испании. Тогда мы, при удаче, уложимся за неделю. Все прочие варианты намного хуже. Морская транспортировка, например, потребует гораздо больше времени.

Директора пили то, что заменяло им валидол, массировали украдкой грудь. Томсон обвел страдальцев тяжелым взглядом, словно подчеркивая их никчемность. В этом Петр готов был с ним согласиться.

— Старостин, — произнес босс.

Вот он, шанс! Только бы не спугнуть удачу.

Петр мысленно скрестил пальцы и произнес, стараясь выглядеть равнодушно:

— Теоретически все верно. Но это не самолет перегонять с базы на базу. Это космический корабль. Он строился для иных задач. Тем более «Нева» только-только вернулась из сложной миссии, причем совершив вынужденную посадку.

— Незапланированную, так будет точнее, — скривился босс.

— Экипажу пришлось применять экстренное торможение, чтобы вписаться в полосу, — напомнил Старостин. — А это нагрузка на всю конструкцию и особенно на шасси. Полностью проверить корабль на месте мы не успеем. Да на острове и нет соответствующего оборудования. Вдруг какой-то срытый дефект? Одна трещинка, и миллиарды долларов превратятся в груду титана и композитов.

Убедившись, что участники совещания достаточно встревожены, Старостин предложил:

— Большинство аварий происходит при заходе на посадку. Меньше посадок — больше шансов на успех. Поэтому я предлагаю отправиться напрямую. Перегнать корабль через Тихий океан прямо в Сиэтл.

— Исключено, — возразил инженер из отдела эксплуатации. — Это далеко за пределами дальности.

— Мы можем заранее заменить мембранные картриджи и лететь в более экономичном режиме, — предложил Старостин. — Кроме того, нам потребуется дозаправка в воздухе, раз уж придется взлетать с полупустыми баками.

— Обычный танкер здесь не подходит, нужен «термос», — заметил скептик.

— У нас же есть такой на Сахалине.

— А согласования? — спросил Томсон. — На них уйдут недели.

— Пусть Роскосмос подсуетится, — Старостин кивнул на земляка.

Того чуть кондрашка не хватила. Но все же собрался с духом, кивнул.

— И тем не менее не лучше ли лететь через Индию и Европу?

— Слушайте, Томсон, каждая посадка — игра в рулетку. Зачем оно вам?

— Но Тихий океан! Ну а вдруг что-то выйдет из строя над океаном? Там негде сесть, случись что.