— Мы сами неостроумные…

– Пусть расскажет. Расскажи мне анекдот, и я скажу, кто ты.

Поль сказал:

— Один кибернетист (смех) изобрел предиктор, машину, которая предсказывает будущее, этакий агрегат в сто этажей. И задал он для начала предиктору вопрос: «Что я буду делать через три часа?» Предиктор жужжал до утра, а потом сообщил: «Будешь сидеть и ждать моего ответа».

— Да–а,- сказал кто–то.

— Что - да?
– сказал Поль хладнокровно.- Сами просили.

— Слушайте, крестьяне, почему все эти киберанекдоты такие дубовые?

— Главное - зачем? Вот вопрос!

— Странник! Как тебя зовут, странник?

— Поль,- пробормотал Поль.

На веранду вышла Ирина. Она была красивее всех девушек, сидящих за столом. Она была так красива, что Поль перестал слышать. Она улыбнулась, что–то сказала, кому–то махнула рукой и села рядом с длинноносым Жорой, и Жора сейчас же наклонился к ней и что–то спросил, наверное: «Зачем?» Поль отдышался и заметил, что сосед справа плачет ему в жилетку:

– Мы просто еще не умеем, не научились. Сашка никак это

го не может понять. Такие вещи рывками не делаются…

Поль наконец узнал соседа - это был Вася, человек со скуч ным голосом, тот самый Вася, с которым они купались в полдень.

— … Такие вещи не делаются рывками. Мы даже не приспосабливаем Природу - мы бьем ее вдребезги.

— А… э–э–э… о чем, собственно, речь?
– спросил Поль осто рожно. Ему было совершенно непонятно, когда и откуда появился Вася.

— Я же говорю,- терпеливо сказал Вася,- перестраивать живой организм, не меняя генетики.

Поль не отрываясь смотрел на Ирину. Длинноносый Жора наливал ей шампанское. Ирина что–то быстро говорила, посту кивая по бокалу смуглыми пальцами. Вася сказал:

— А! Ты влюбился в Ирину! Очень жаль.

— В какую Ирину?
– пробормотал Поль.

– Эта девушка - Ирина Егорова. Работала у нас по общей биологии.

Полю показалось, что он упал.

— Как так - работала?

— Я же говорю - жаль,- сказал Вася спокойно.- Она уезжает на днях.

Поль видел только ее профиль, освещенный солнцем.

— Куда?
– спросил он.

— На Дальний Восток.

— Налей мне вина, Вася,- сказал Поль. У него пересохло в горле.

— А ты будешь работать у нас?
– спросил Вася.- Сашка говорил, что у тебя светлая голова.

— Светлая голова,- пробормотал Поль.- Высокий ясный лоб и спокойные глаза…

Вася засмеялся.

— Не грусти,- сказал он.- Нам всего по двадцать пять лет.

— Нет,- сказал Поль, в отчаянии тряся головой.- Чего ради я здесь останусь? Конечно, я здесь не останусь… Я поеду на Дальний Восток…

Тяжелая рука опустилась ему на плечо, и мощный бас Лина осведомился:

— Это кто здесь поедет на Дальний Восток?

— Лин, слушай, Лин,- сказал Поль жалобно.- Ну почему мне так не везет? А?

— Ирина,- сказал Вася и поднялся.

Лин сел на его место и придвинул к себе блюдо с холодным мясом. Лицо у него было усталое.

Поль смотрел на него со страхом и надеждой, совсем как в старые времена, когда соседи по этажу, бывало, устраивали общешкольную облаву, чтобы изловить хитроумного Либер Полли и научить его не быть слишком хитроумным.

Лин прожевал огромный кусок мяса и сказал басом, покрывшим шум на веранде:

– Крестьяне! Пришел новый каталог изданий на русском языке. Желающих просят в клуб.

Все повернулись к нему.

— А что там есть?

— Миронов есть, Сашка?

— Есть,- сказал Лин.

— А «Железная башня»?

— Есть. Я уже выписал.

— А «Чистый как снег»?

— Есть. Там восемьдесят шесть названий, я не помню всего. Веранда стала быстро пустеть. Ушел Алан. Ушел Вася. Ушла Ирина с длинноносым Жорой. Она ничего не знала. Она даже не заметила. И она, конечно, ничего не помнила. И не вспомнит. «Жору вспомнит. Двухголового теленка вспомнит. А меня не вспомнит…» Лин сказал:

— Несчастная любовь активизирует. Но она коротка, Полли. Ты останешься здесь. Я присмотрю за тобой.

— А может быть, я все–таки поеду на Дальний Восток?
– сказал Поль.

— Зачем? Ты будешь ей только мешать и путаться под ногами. Я знаю Ирину, и я знаю тебя. Ты на пятьдесят лет глупее ее героя.

— А может быть…

— Нет,- сказал Лин.- Останься со мной. Разве твой Лин когда–нибудь обманывал тебя?

И Поль подчинился. Он ласково потрепал Лина по необъятной спине, встал и подошел к балюстраде. Солнце зашло, на ферму опустились теплые прозрачные сумерки. Где–то близко играли на пианино и очень красиво пели на два голоса. «Эхе–хе!» - подумал Поль. Он перегнулся через балюстраду и тихонько испустил вопль гигантского ракопаука, потерявшего след.