Шрифт:
Из «Козла-Гелендвагена» доносились надрывные крики Евсеева. Дежурный требовал выйти на связь.
— Поехали, тут все ясно, — махнул мне рукой Измагилов.
— Мужики, до дома не подкинете? — не открывая глаз, попросил Страшила. — А то пешком только к утру доберусь. Ленка волнуется, наверное.
— Не волнуется, — успокоил Фарид. — Успокоительного приняла. Занавеску в холодильнике не забудь.
Запирая за нами дверь, сторож кивнул на оставшегося в коридоре Страшилу и негромко сказал:
— Не везет Валентину на напарников. Одни вредители. Последний знаете, чего удумал? Брал ночью в гараже автобус, полосу черную скотчем заклеивал и от вокзала народ за деньги развозил. Вроде как на маршрутном такси. Выгнали… Да за такое без суда и следствия надо… Довели страну…
Прикорнуть в ту ночь я так и не смог. Если, к примеру, целый день собирать грибы, то, уснув, будешь видеть великолепные подосиновики или грузди. Если просидишь часов пять с удочкой, будет мерещиться прыгающий поплавок. Такой эффект человеческой психики. Я же, едва закрыв глаза, видел угрюмых мертвецов и, разумеется, тут же вскакивал со стульев и опасливо озирался. Но никого, кроме спокойно спящего Фарида, не замечал и повторял безуспешную попытку вырубиться.
Часов в шесть комнату отдыха вновь навестил неугомонный Евсеев, так и не одолевший компьютер.
— Леха, в шестнадцатый дом надо снова сгонять. К этому санитару из морга. Со «Скорой» позвонили. Чепуха там опять какая-то. Жена из окошка сиганула. С третьего этажа. Переломалась вся, но жива. Он якобы полчаса назад домой пришел бухой, в занавеску завернутый, она его увидала и как заорет: «Сгинь, сгинь, Сатана!» А потом в окошко… Не нравится мне это. Боюсь, сам ее выкинул, а на Сатану валит. Ты прокатись на всякий случай, проверь на месте. Если что, я опера пришлю…
Отдушина
— Тамара! Вторая кабинка.
— Спасибо, Надь.
Тамара Михайловна поднялась с шаткой скрипучей скамьи, прошла в знакомую кабинку и сняла трубку стоящего на полочке телефонного аппарата.
— Алло.
— Мам, привет, это я! — Голос дочери уверенно прорывался сквозь помехи сети. — Как у тебя дела?
— Нормально, — сухо ответила Тамара Михайловна.
— Ма, ты не сердись, что не приезжаем. Правда — не вырваться. У Стаса опять проблемы на работе, все выходные там торчит. Разгребет немножко — сразу приедем.
— Да я не сержусь. Понимаю.
— Слушай, ма, тут такое дело… На той неделе Веронику прооперировали, помнишь, подружка моя по институту. Все обошлось, с хирургом повезло. Хороший специалист. Он сейчас в отпуск собрался. На месяц. Хочет из города вырваться в глухомань, чтоб не доставал никто. Книгу пописать. Хобби у него такое. Я подумала, почему б ему у тебя не пожить? В мансарде? Ты ж раньше ее дачникам сдавала.
— Ну не знаю, — немного растерялась Тамара Михайловна, — там сейчас и кровати-то нет. Да хлам свален.
— Ничего страшного, он неприхотливый и на раскладушке поспит, а хлам не помешает. Лишь бы крыша не текла.
Судя по всему, дочь уже обсуждала с хирургом перспективу отдыха в деревне.
— Он дядька очень хороший, непривередливый. Будет сидеть и роман свой писать. По дому опять-таки поможет. И тебе повеселей. Понимаешь, я Веронике уже пообещала. Надо отблагодарить человека.
— Ну хорошо, мне не жалко. Пусть поживет.
— Спасибо, ма. Он послезавтра приедет. На своей машине. Я объясню, как добраться. Звать его Дмитрий Павлович. Не женат, кстати. Я с ним продукты передам. По деньгам с Вероникой сама разберусь. Она оплатит проживание.
— Да ладно, может и бесплатно…
— Зачем, если сами предлагают? Сапоги себе зимние купишь. Тем более, готовить он не будет, придется тебе. Но он не гурман. Что приготовишь, то и приготовишь. Я через недельку перезвоню — как вы там. Да, узнай, поставили ли вам ретранслятор, мы тебе тогда трубку привезем. Давай, ма, я на лекцию опаздываю. Пока, целую.
Протараторив, дочь отключилась от линии. «Как была балаболкой, так и осталась, — улыбнулась Тамара Михайловна, выходя из кабинки, — опять туману напустила. В глухомань, видишь ли, доктору захотелось. Небось сама ему и предложила. Нет чтоб прямо сказать — мам, жениха тебе присмотрела очередного».
— Дочка? — поинтересовалась телефонистка.
— Да. Дачника сосватала.
— Дело хорошее. Я б на месте наших правителей здесь пансионатов понаоткрывала. Какие места пропадают. И погода лучше, чем на курорте.
— Да, места славные… Надюш, Ольга спрашивает, поставили ретранслятор какой-то?
— Да, но связь все равно плохая. Только деньги дерут.
— Ладно, Надюш… Я б поболтала с тобой еще, да на автобус боюсь опоздать.
— Ничего, Тамар. Еще поболтаем.
Тамара Михайловна покинула поселковую почту и поспешила к автобусной станции. Еще надо успеть заскочить в промтоварный магазин, купить стирального порошка и кое-что по мелочи.