И хотя сегодня это звучит фантастически, не исключено, например, что в недалеком будущем океанские просторы явятся «новым открытием Америки» — станут местом для расселения сотен тысяч людей. Они будут жить в домах, устроенных под гигантскими герметическими куполами, неделями и месяцами не появляясь на поверхности.

В Иомиури, близ Токио, впервые в мире открылся Подводный театр. Шестьдесят минут — без антрактов — длится эта сказочная феерия

— Рано или поздно человечество поселится на дне моря, — утверждает Кусто. — Наш опыт — начало большого вторжения. В океане появятся города, больницы, театры… Уже через полстолетия сформируются новые люди —. Homo aquaticus, одинаково хорошо чувствующие себя и на земле и под водой…

Возвратившись из Лондона, Кусто, не теряя времени, начал приготовления к следующей экспедиции в морские глубины.

— Все дни, что я провел в Париже и в Монако, решая различные административные вопросы и подписывая множество разноцветных деловых бумаг, меня преследовали видения: передо мной вставали головокружительные рифы, их причудливые стены, гигантские ритмы морской жизни, — вспоминал он.

Новое поселение «Преконтинент-два» на сей раз было основано не в Средиземном, а в Красном море, на Дне живописного кораллового рифа. Открытие «подводной деревни» состоялось 15 июня 1963 года.

Поселение на «рифе римлян»

Центром была «Морская звезда» — комфортабельный дюралевый дом, установленный на глубине одиннадцати метров. Название дома довольно точно соответствовало его внешнему виду.

Неподалеку, на глубине двадцати пяти метров, расположился домик поменьше — двухкомнатная «Ракета». После того как обитатели «Морской звезды» акклиматизировались, двое из них перешли в глубинную станцию — «Ракету». Там они прожили семь дней.

Ранней весной 1963 года в Судан прибыли два корабля — «Калипсо» и «Розальдо». На «Розальдо» покоились дома будущей «подводной деревни», включая двести тонн свинцового балласта, несколько сотен ящиков с провизией, запасными частями, походные электростанции и тысячу всяких мелочей, без которых не обойтись научной экспедиции.

— Нам пришлось столкнуться, со многими трудностями, но мы справились. Если бы у нас не хватило хотя бы одного шурупа, эксперимент сорвался бы, — говорил потом Кусто.

Насчет шурупов он, может быть, несколько преувеличивал. Но условия работы в этих неприютных краях были действительно каторжными.

— Жара, дышать нечем, подул бы хоть легкий бриз! Но на нас обрушивается обжигающий ветер. Он швыряет нам в лицо густой раскаленный воздух, как будто из огнедышащей печи, вздымает тучи песка… В этом пекле мы производим выгрузку и сборку причудливых металлических конструкций. Под ослепительными лучами солнца светло-желтая окраска становится кричаще яркой… Временами нам кажется, что мы исследователи межзвездных просторов, высадившиеся на выжженной планете, — говорил Кусто.

Так шли дни, полные хлопот, поединков с несносным климатом и томительных ожиданий старта. Участникам экспедиции приходилось сновать по всем причалам, разыскивая выгруженные материалы, вскрывать ящики и контейнеры, монтировать, затягивать тысячи раскаленных солнцем металлических болтов, перетаски вать свинцовые плиты. Балласт заталкивали под пол «Морской звезды» и «Ракеты», клали за шкафы под кровати, подвешивали к «ногам» подводных домов.

«Морская звезда» в окрестностях Порт-Судана

На дне кораллового рифа находилось и еще одно сооружение. Без окон и без дверей, оно напоминало сказочную избушку на курьих ножках. Это был подводный гараж — пристань легендарной «Дениз» — миниатюрной крабовидной подлодки, увертливой и подвижной, как рыба. В ее облике было что-то марсианское.

«Дениз» казалась живым существом, сошедшим со страниц фантастического романа

Овалы иллюминаторов в головной части судна напоминали огромные глаза, а механические манипуляторы — длинные клешни неведомого зверя. «Дениз» казалась живым существом, сошедшим со страниц фантастического романа. Впрочем, еще вчера фантастическими казались и сами проекты Кусто.