Хотя далеко не все помещики соглашались отпускать крепостных крестьян, крестьяне искали и находили пути к вступлению в ополчение. Они бежали от помещиков, записывались под вымышленными именами, а иногда открыто требовали у губернаторов принять их в ополчение «без согласия господ своих».

Патриотический подъем охватил и представителей трудовых слоев города, русской интеллигенции, учащихся высших учебных заведений. В числе первых ратников Московского ополчения были известный поэт В. А. Жуковский, П. А. Вяземский, С. Н. Глинка и др.

Призыв к вступлению в ополчение нашел широкий отклик у русского студенчества и прогрессивно настроенной профессуры. Они вместе со всем народом поднялись на защиту своей Родины, своей национальной независимости.

Патриотическим порывом был охвачен Московский университет. По словам современника профессора-медика М. Я. Мудрова, «большая часть воспитанников университета, то есть те, кои могли препоясать меч … оставя мирные науки и искусства, подняли оружие во спасение Отечества». [60] Автор записок о войне 1812 г. С. Н. Глинка посвятил университету особую главу, назвав ее «Порыв воспитанников Московского университета». Именно тогда 17-летний А. С. Грибоедов, готовившийся к экзамену «на чин доктора», записался добровольцем в гусарский полк.

Особенно почетная роль в освободительной войне 1812 г. принадлежит студентам-медикам. Вместе со своими преподавателями они ушли в армию, в ополчение, участвовали в Бородинской битве и в других боях, прошли боевой путь до западных границ России, затем участвовали в освобождении народов Европы от наполеоновского господства. Профессор Мудров говорил впоследствии, что «медицинский факультет совершенно закрылся за лишением профессоров и студентов, или лучше покрыл себя славою и доблестями». [61] Среди студентов Московского университета было много не дворян, так называемых «казеннокоштных студентов». Они почти все ушли в армию. Во время пожара Московского университета, начавшегося 4 сентября 1812 г., сгорел его архив. Поэтому история донесла до нас только некоторые имена студентов из разночинской среды, приближавшейся к народной, которые стали участниками Отечественной войны. [62] На земле Литвы умер замечательный врач и преподаватель патриот-демократ И. Е. Грузинов. Профессор Грузинов вступил в Московское ополчение и был его главным врачом. М. И. Кутузов в своих приказах по армии неоднократно благодарил ополченцев, отмечал благородную миссию врачей и санитаров, их самоотверженный труд.

В творчестве юного Пушкина отразились настроения младшего поколения передовой русской интеллигенции во время войны 1812 г. Он и его друзья-лицеисты с трепетом и волнением провожали уходившие из Петербурга на войну гвардейские полки, «и в сень наук с досадой возвращались, завидуя тому, кто умирать шел мимо нас…» Для представителя следующего поколения передовой русской молодежи А. И. Герцена, родившегося в 1812 г., рассказы об Отечественной войне были его «Илиадой и Одиссеей». Они воспитывали у него чувства патриотизма, национального достоинства, ненависть ко всякому угнетению.

В кругах прогрессивно настроенной русской общественности патриотический подъем сочетался со стремлением не только изгнать захватчиков из страны, но и изменить после победы общественно-политическую ситуацию в стране, улучшить положение народных масс.

Наибольшее количество ополченцев выставили Москва и Московская губерния, где на 100 душ мужского населения приходилось 10 ополченцев. Московское дворянство должно было выставить свыше 30 тыс. ополченцев, вооруженных, обмундированных, снабженных провиантом и денежным жалованьем на три месяца. В Петербургской губернии (как и в Московской) была принята самая высокая норма представления ратников в ополчение, здесь намечалось выставить около 14 тыс. ополченцев. Начальником Петербургского ополчения в начале войны был назначен М. И. Кутузов.

Ополчение составлялось из конных и пеших ратников. Офицерам-ратникам присваивался в ополчении тот же военный чин, который они имели в отставке. Социальный состав ополчения был довольно однородным: его основную часть составляли крепостные крестьяне, затем — ратники, выделенные от мещанских и ремесленных обществ городов. Участие в ополчении государственных, удельных крестьян и работных людей, приписанных к государственным заводам, правительством исключалось.

Вместе с русским народом в войне против наполеоновских захватчиков участвовали представители украинского, белорусского, литовского, грузинского, армянского, башкирского и других народов России.

Народное ополчение создавалось также на Украине, на Дону, в Поволжье, на Урале и в других местах, где его формирование официально не предусматривалось. Общая численность этого ополчения достигла 100 тыс. человек. [63] На Украине, например, было создано 74-тысячное казачье и земское ополчение, которое с начала формирования и до марта 1813 г. находилось на содержании местного населения. Формирование Донского ополчения завершилось к концу августа 1812 г. 26 казачьих полков общей численностью 15 тыс. человек были направлены на подкрепление русской армии в Тарутино. Полки Украинского и Донского ополчений, включенные в состав различных армейских соединений, доблестно сражались против наполеоновской армии.

Высокое понимание патриотического долга перед Родиной проявил башкирский народ. В составе действующей армии башкирские конники прошли славный боевой путь. Они активно участвовали в партизанской войне и в военных действиях. Интересно отметить, что в память об их вступлении в 1814 г. в составе русских войск в столицу Франции вскоре один небольшой аул в Башкирии был назван Парижем. Он существует и сегодня, находится в Салаватском районе Башкирской АССР.

Летом 1812 г. была проведена запись добровольцев в ополчение по Кавказской губернии. Однако формирование здесь народного ополчения по приказу Александра I было приостановлено. Но в рядах народного ополчения, сформированного в центре России, на Украине, сражалось много грузин, живших за пределами Кавказской губернии. Так, одним из деятельных участников Калужского ополчения был генерал-майор В. М. Яшвили, командиром Полтавского ополчения — Ф. С. Жевахов. Немало воинов-кавказцев служило и в регулярной армии. Среди них было 12 генералов, в их числе прославленный генерал П. И. Багратион, тяжело раненный в Бородинской битве. [64]