Проводились на ярмарке в Свислочи и скачки на лошадях. Важным обстоятельством их было то, что лошади для этого выбирали из местных пород… Ипподром устраивали в пригороде. Зрители на скачки шли охотно. Победителю вручали специальную корону.

Людей на Успенскую ярмарку съезжалось превеликое множество. Прибывшие расселялись по дворам, навещали друг друга, прогуливались — пешком, верхом на лошади, в повозке, устраивали обеды, танцевальные вечера-маскарады. Обстановка напоминала, как отметил один современник тех событий, «выезд на воды, только без скал, замковых башен и горячих ванн».

(По материалам книги Леона Потоцкого «Успамiны…»)

После свадьбы граф Винцент и его молодая жена Терезия из рода Понятовских прибыли, как и должно, в резиденцию мужа в Свислочь. Но, кажется, жизнь в глуши не понравилась пани. Вдобавок, и толстяк граф не обладал достаточным характером, чтобы укротить строптивую. Как бы там ни было, но уже через несколько недель пани Терезия улизнула из семейного гнезда. Столичная штучка, эта женщина не смогла полюбить жизнь в провинции. Тем не менее, именно ей приписывают идею закладки дома в фольварке Клепачи.

Этот фольварок располагался в миле от Свислочи. И, конечно, осуществить задумку жены суждено было влюбленному мужу. Фундаторка даже пальцем не пошевелила к тому, чтобы помочь бедняге, однако заранее присвоила этому строению название — Синфаны, что на греческом означает Новый Дом. Винцент Тышкевич возвел его на берегу большого рукотворного пруда и обсадил редкими деревьями. На пруду насыпали несколько островов. На одном из них возвели башню с часами; на другом — каменную беседку, на третьем острове располагался домик для кроликов; на четвертом за оградой держали серн. За домом (невдалеке) поставили небольшой, но ладный костельчик.

Дом состоял из двух салонов. Один салон был выложен кафелем и служил ванной. Другой, обитый материей, служил спальней. Вся мебель в доме была белого цвета, лакированная, украшенная золотым орнаментом. На стенах висели портреты пани Терезии, короля Станислава Августа, ксендза примаса Михаила Понятовского и генерала Тадеуша Тышкевича. С потолка свисали венецианские люстры больших размеров в золоченых каркасах и парижские часы.

Недалеко от этого дома была устроена площадка с каруселями и качелями. Граф стремился угодить жене. Как только завершил строительство в Клепачах, сейчас же вызвал ее из Варшавы. По легенде, пани Терезия посещала Клепачи. Посмотрела дом, высказала несколько замечаний, но ночевать не осталась — уехала обратно в Варшаву. Кажется, она боялась, что ночью к ней может явиться и потребовать благодарности муж…

О том, какие отношения были между этой супружеской парой и были ли они вообще, находим у того же Леона Потоцкого. Представив в своей книге всего несколько маленьких историй, пан Леон раскрыл настоящую картину взаимоотношений этих несчастных. Вот одна из тех драматических историй… Граф Винцент, сидя в своем особняке в Свислочи, узнал, что его жена будет проезжать через Свислочь от пани Огинской до пани Тышкевичевой. Бедняга сейчас же приказал запрягать и вскоре оказался на большаке. Там он ждал несколько дней. Когда, наконец, ему сообщили, что пани едут, он вышел на дорогу, остановил карету, открыл дверь и, хотя жена даже не вышла, приветствовал ее, поцеловал руку, а потом пригласил к себе. Получив категорический отказ, бедняга пять миль ехал за каретой жены в своей повозке. Просто сопровождал, надеялся, что жена одумается и поедет с ним. Потом, повторив всю недавнюю церемонию, он бросил ей под ноги кошелек с тысячью червоных злотых и повернул домой… Эта женщина не пожелала разделить с ним ложе ни после присяги в костеле, ни после его безграничных пожертвований в ее пользу.

(По материалам А.Т. и Н.А. Федорук из сборника «Старонкi гiсторьi»)

Осев в Свислочи, граф Винцент Тышкевич не мог не заняться своей резиденцией. Прежде всего он достроил боковые флигели к дворцу Кришпинов-Кирштейнов XVII в., заложил парк в стиле голландского барокко, основал зверинец, театр.

Одноэтажный деревянный дом Кришпинов, оштукатуренный и сравнительно небольшой, с высокой ломанной крышей, располагался на краю парка и был обнесен деревянной оградой. Пристроенные к нему графом Винцентом крылья служили официнами, в которых размещались службы, кухня, комнаты для гостей, а также театральный зал. Дом состоял из парадного зала, салона и библиотеки. Убранство интерьеров было скромным. На стенах висели часы и портреты представителей рода Понятовских работы художника Марцело Бочарелли.

К парадному двору вела аллея из черной ольхи. Она проходила между парком и зверинцем. С северо-восточной стороны усадьбы размещалась роща с названием Вишневец. Непосредственно за домом был устроен большой цветочный сад. От дома, со стороны верхней террасы, уводила грабово-липовая аллея.

Основу здешнего парка составляли два узких пруда, вытянутых по всей ширине парка. Эти водоемы соединялись каналом с рекой Свислочь, которая, кстати, являлась одной из границ усадьбы. Вокруг прудов была устроена прогулочная дорожка. В одном месте на берегу стояла каменная беседка. Кроме того, в парке размещалась оранжерея, в которой имелось несколько жилых помещений.

В своей книге Леон Потоцкий отмечает, что дом и парк при Винценте Тышкевиче содержались в идеальном до крайности порядке. Автор книги характеризует графа так: «Регулярность и аккуратность сделались второй его натурой, правилами поведения». Полы в помещениях, натертые воском, казались стеклянными; на мебели не было ни единой пылинки; газоны были гладкими, словно сукно; дорожки посыпаны просеянным гравием; на земле в парке не видно было ни единого листочка или веточки; деревья и кустарники были аккуратно подстрижены, приглажены словно прическа у элегантного человека.