Пера…

Et cetera et cetera

Мы все учились понемногу

Чему-нибудь и как-нибудь

Любви искусством, слава Богу

У нас немудрено блеснуть

Себя отдав во власть искусству

Забыв о чувстве навсегда

Мы путаем любовь к искусству

С любви искусством господа

Вот мой Онгений на свободе

И подчиняясь нежной моде

Среди балетов и Одетт

Одет раздет и вновь одет

Изображу ль в картине верной

Уединённый кабинет

Где мод воспитанник примерный

Даёт изысканный минет

Кругом гигантские стальные

Кривые фаллосы прямые

Всё чем для прихоти обильной

Париж торгует меркантильный

Всё украшало кабинет

Философа в осьмнадцать лет

Латы латыни

Латынь из моды вышла ныне

Так если правду вам сказать

Он знал довольно по латыни

Чтоб над Овидием кончать

Потолковать о Vaxanalis

В конце письма поставить Fallos

Чтобы извлечь не без греха

Оргазм латинский из стиха

Младого стебля не жалея

над фолиантами кончал

читал охотно Апулея

А Цицерона не читал

Переходя от неги к неге

Не выпуская ствол из рук…

Но в чём он истинно был гений

Что знал он твёрже всех наук

Была наука страсти нежной

Которую воспел Назон

За что страдальцем кончил он

А может быть ещё не кончил

Страдалец всё ещё торчит

И на царей с небес дрочит

Я помню море пред грозою

Как я завидовал волнам

Готовым пасть к её ногам

Ступни лаская нежной девы

Ах ножки ножки

Что вы? Где вы?

Суровый Дант

не презирал минет

Минет не минет

Минет не минет

Ми-да Ми-нет

Да-да Да-нет

Дантес и Данте – тема для романа

Хотя они не моего романа

И всё же для любого графомана

Дантес и Данте – это просто манна

Суровый Дант

Нет Данте не суров

Он просто был немного нездоров

Влюбился в девочку как некогда Набоков

Влюбился и наказан был жестоко

Ну и Дантес любивший Натали

Сюда едва ли пригодится ли

Вернёмся к нашему герою

Ему ведь нелегко порою

Без нас… Особенно в романе

В стихах… И дома на диване

Всё что написано от скуки

Не пригодится для науки

Но у поэзии свои

загибы и

изгибы и

Бывало он ещё в постели