Спустя не один час она перелистнула последнюю страницу и огорчённо поморщилась. Ну, ведь надо было прерваться на таком интересном моменте! Впрочем, так всегда бывает. Злые авторы блюдут интригу и останавливаются на самом интересном. Она перевела взгляд на чесы.

Вот ведь! Весь день на прочтение угробила! Лучше бы было действительно пойти спать, так хоть организму бы польза была. Кстати об организме, пора бы пойти покушать, желудок явно требует свою норму калорий.

Удовлетворив аппетит и вымыв посуду, она пришла в выводу, что пора бы уже пополнить запасы провизии, да и готовкой заняться не помешало бы. По правде сказать, в этом её положении сильно удручало только одно обстоятельство, с её аппетитом приходится слишком много денег тратить на добычу провианта. Но с этим приходилось мириться.

Оборотень, снова нацепив на себя верхнюю одежду, отправилась по магазинам. К счастью, ближайший к ней работал, и топать за тридевять земель, не пришлось. Немного раздражали удивлённые лица прохожих, когда она тащила по пять неподъёмных пакетов в каждой руке. Было не совсем ясно, что их удивило больше, то, что она легко тащила такой груз или же само количество груза. Но оборотень решила просто сделать вид, что не понимает удивлённого выражения лиц окружающих. А что ей собственно ещё оставалось?

Дома девушка, разложив продукты по местам, принялась мыть и чистить картошку. Вообще-то она, как и любой нормальный человек не любила этим заниматься, вот только стоило начать, как из головы исчезали все мысли, а механические движения руками погружали сознание в некоторое подобие транса, так что получалась схема вроде «и волки сыты, и овцы целы». То есть и картошка почищена и нервы успокоены.

И начался процесс приготовления. Готовка, сама по себе, не только ей, но и многим людям напоминает некую магию. Возможно не всем и не всегда, однако, сама Милена воспринимала это именно так.

Нарезать мелкими кубиками овощи, отварить мясо, в бульон кинуть всё нужное и специй по вкусу. А потом стоять и помешивать, наблюдая, как закипает и исходит пузырьками варево. Или можно в это время метнуться к разделочной доске и готовить продукты для гарнира, постепенно наполняя помещение множеством оттенков запахов и самых разнообразных вкусов. Ведь так бывает, когда чувствуешь необыкновенный по своей насыщенности запах и тут же начинаешь ощущать во рту вкус самого блюда.

Оборотень благодаря своему чутью всегда знала, куда, сколько и чего положить и где чего-то не хватает. А потому у неё получалось создавать даже из простого борща симфонию вкусов и запахов, которые только она, к сожалению и могла оценить.

Неожиданно, что, в общем, было не удивительно, зазвонил телефон.

Милена метнулась в комнату, по пути стараясь вытереть руки о фартук, забыв, правда, что держит в одной из них нож.

— Алло! — Студентка скривившись уставилась на окровавленную ладонь, которая практически сразу оказалась целой. Только фартук зря испачкала.

— Привет Миленка! Я тебя там не отвлекаю? — Голос Дениса был противно весёлым.

— Не очень, а что?

— Ну вот и мне интересно, «а что?». Ты же мне с утра звонила, чего сказать-то хотела?

— Мнэ-э. слушай, а действительно? Постой-ка, правда что-то спросить хотела, и… А! погоди, у меня тут подгорает!

Она отложила трубку на стол и, схватив деревянную лопатку, принялась активно помешивать кубики картошки на сковороде. Затем вернулась к столу и, зажав телефон плечом, приступила к нарезке колбасы.

— Ты там что, готовишь?

— А ты думал я здесь тараканами питаюсь? Готовлю, конечно. Три, а нет, четыре блюда одновременно, что б так сказать на несколько дней сразу.

— Ну, ни фига себе! — Возмущение в голосе совсем не выглядело наигранным.

— Главное сама домашнюю пищу ест, а братец, любимый, по ресторанам питайся?

Она снисходительно поморщилась.

— Ну, так женись, я тебе уже давно говорю.

— Здорово живёшь, женись! Я, думаешь, не пытался?

— В самом деле? — Милена даже пожалела, что в этот момент Денис не может видеть её саркастично скривившееся личико. — Что-то я первый раз об этом слышу.

— А чего говорить? То дура попадётся, то готовить не умеет. А ведь это для женщины основное качество, я собственно ради этого только и согласен связать себя узами брака. А без этого, какой смысл?

Милена вскочила и, помешав то, что необходимо было помешать, уменьшив огонь, где это было нужно и, достав, то, что в ближайшем будущем могло пригодиться, снова опустилась на место, положив под нож, уже красный от страха, помидор.

— Ханжа ты Деня, вот ты кто. А как же светлые чувства, романтика? Глубокий внутренний мир? Но я сегодня добрая, давай ко мне езжай, я тебя покормлю домашней едой — так уж и быть.

— А я собственно и так уже еду, как ты сказала, что готовишь, так и развернулся. А ты что, зажать продукты хотела да?