— Да уж…

Тронулись мы в тишине. Дома остались далеко позади, представляя собой маленькие полосы и точки. Впереди – простор. Или, потороплюсь обломить любителей мечтать – пустыня. Из-под колес выбивались тучи пыли и истлевшей потрескавшейся земли. Я на протяжении всей дороги излучал депрессивную ауру. А Нико мирненько упивался ей.

Но молчать нам пришлось недолго. Быстро доехав до того отеля, спрятал машину в полуразвалившемся не то сарае, не то ангаре.

— Приехали.

— Ну так вперед, лошадка!

— Я тебе устрою лошадку….

— Да ладно тебе, не злись.

Он сейчас безумно похож на пьяного, еле ворочащего языком малолетку.

— Сделаю вид, что не слышу тебя.

— Дааа, давааай!

— Мы не дойдем до отеля, — огорченно подвел итог я, откинув дверь и смотря на весело махающего рукой в такт какому-то тупому ритму и детской песенки Нико.

— Почемуууу? – пропел он, заменив вопросом какую-то строчку.

— Да хотя бы потому, что я тебя раньше закопаю, — расстроено ответил я.

— Мне дууууууееееет! Даваааай быстреееее! – продолжал выть он.

— Могу рот заклить, чтобы на отверстие меньше стало.

— Зануууудааа!

— Я уже говорил,что я тебя ненавижу? – спросил я, поморщившись от мысли, что придется тащить это… Даже не знаю, как ЭТО назвать.

— Да постоянно говоришь, — резко остановившись и подняв голову, ответил он.

— О, боже, ты успокоился! – вскинул я руки к небу, мысленно благодаря всех богов, о которых даже не слышал.

— А маааленькиеее собачки весело беееегали в паачкааах… — снова начал он.

— Надеюсь, не так выглядит предсмертная агония.

Взяв это живое музыкальное сопровождение на руки, понес в не менее лучший отель, чем прежний. Строители явно сговорились о фасадах.

Пихнул ногой тяжелую дубовую дверь, с полметра толщиной, и она со скрипом начала медленно отставать от тоненьких ржавых петель.

— Не не не не не! – пытался я хоть как-то остановить ее. Но руки у меня, увы, были заняты!

Дверь это, конечно же, не остановило и она, подняв тучи затхлой пыли, с грохотом и гулким эхом проломила пол. Нико резко замолчал, сам перепугавшись.

Не опуская руку, которой он раннее дирижировал, он, молча, одной головой следил за падением громадины.

— Упс… — прошептал я, как будто грохот двери никого не потревожил, а мой голос, безусловно, всех в округе на уши поднял.

На хрен здесь вообще такая дверь?! Фанеру могли поставить…

Дыра получилась приличных размеров.

— Нужно хоть ковром прикрыть, — виновато сказал я.

— Ну конечно… А если кто-то провалится туда, все будет в ажуре… — прошипел он так же тихо.

— Ну, так ее хоть заметно не будет… — предположил я.

— У тебя что, мозги совсем не соображают?!

Но на удивление, никогда не выбежал нам навстречу, размахивая двустволкой. Внутри здания стояла наиполнейшая тишина. Яркий солнечный свет показывал лишь ту часть помещения, где минутой назад стояла дверь.

— Ох, кто бы мог подумать! Еще один склеп! – голосом археолога восторгался я.

— Ты нигде не стукнулся? – осторожно посмотрел на меня Нико.

— Нет, блять, нигде, — резко закрыв голос в стальную комнату, уверил его.

— Эй! Здесь кто-нибудь есть? – крикнул парень, насколько ему позволяли силы. И прислушался. Нам ответило лишь размытое эхо.

— А, ну тогда все понятно, — дошло до меня. Эта домина была заброшена.

— Апчхи! – скрючился Нико, после чего болезненно застонал, держась за рану на животе.

— Что, пыли надышался? – не сдержал улыбки от такого миловидного зрелища.

— Как видишь, чистота здесь не особо блещет, — вытирая нос, раздраженно «просветил» он.

— Ладно, пошли, — вздохнул я.

— Куда?

— Что куда? — вопросительно поднял бровь я, смотря под ноги, чтоб ненароком не провалиться.

— Куда послать? – довольная улыбка осветила эту поганенькую морду.— Ты только скажи, и я с радостью!

— Просто заткнись… — не обращая внимания на его «бла-бла-бла», продолжал сосредоточенно идти.

Мы вошли в первую попавшуюся дверь, которую на ощупь нашли.

В комнате стояла кровать, стол и кресло. Еще и ванная комната! Не поскупились те, кто все это отгрохал! Что-то я чувствую определенный стандарт…