Девушка промолчала. Она не стала задавать никаких вопросов о том, к кому попала и что ему от неё нужно, резонно полагая, что в самое ближайшее время всё равно об этом узнает. Она просто молча смотрела на него и ждала продолжения. Но странный старик тоже замолчал и не спеша подойдя к ней, принялся смотреть ей в лицо пристальным немигающим взглядом. Так он смотрел на неё около минуты, после чего поменял угол обзора, подойдя сначала с одного бока, а затем с другого.

– Что это вы на меня так смотрите? – Немного удивлённо спросила Би’Джей. – Неужели на старости лет интерес к женскому полу стал проявляться?

– Запоминаю. – Проигнорировав колкость, ответил старик и, помедлив ещё несколько секунд, отошёл. – А почему вы не спрашиваете у меня, где находитесь и что мне от вас нужно? Неужели вам это совсем неинтересно?

– Ну почему… Очень интересно. Но я просто не вижу в этом смысла. – Пожав плечами, сказала Каролина. – Раз вы пришли, то скорее всего всё равно скажете, а если нет, то и спрашивать бесполезно. Но не думаю, что вы зашли, чтобы просто поболтать. Вам от меня определённо что-то нужно и не сообщить об этом вы мне не сможете. Так что в ваших же интересах не тянуть время, а переходить к делу.

– А вы довольно самоуверенны, мисс Олисен. Хотя это и неудивительно при таком-то статусе. – С ехидной усмешкой произнёс неизвестный собеседник. – Но не думайте, что раз вы Избранная, то находитесь под надёжной защитой у Бога. Меня, кстати, зовут Орсул Колспи. – Соизволил, наконец, представиться этот лысый старик в золотистой мантии. – Я и есть тот самый Магистр ордена Ведон, в допросной комнате которого вы находитесь. Теперь вы меня знаете.

«Ну и имечко ему придумал Асазон…» – С трудом сдерживаясь, чтобы не прыснуть, подумала Пантера. – «Вот постоянно у него так – что ни отрицательный персонаж, то обязательно с каким-то вычурным именем должен быть. Один Чонен Фонелен, другой Загофарт Зарот. Ещё был Курзино Пекар, а теперь вот Орсул Колспи. Да и то это я ещё не всех вспомнила. Да и неважно это как их зовут. Главное, чтобы мне с этим удалось также расправиться, как и со всеми остальными».

– А теперь я хотел бы узнать у вас, что это такое? – Снова подойдя к ней и протягивая вынутую откуда-то из недр своей мантии какую-то бумажку с криво нарисованным на ней символом перехода, сказал Магистр. Каролина бросила на протянутый кусок листа беглый взгляд и равнодушно подняла его на Магистра, ничего не сказав. – Впрочем, я и не думал, что вы мне ответите. – Правильно расценив её молчание, произнёс нисколько не разочарованный старик. – Но я и без вашего ответа догадываюсь, что это за символ. Это с помощью него вы можете переходить из нашего мира в мир, где сейчас живёт наш общий Создатель. Мы в самое ближайшее время воспользуемся им и не без вашей помощи попытаемся обмануть самого Асазона.

– Ну, в этом деле я вам не помощник. – Скривив губы в пренебрежительной усмешке, заявила Би’Джей. – И не только потому, что я ему насквозь верна, но и просто потому, что нам – простым смертным это не под силу.

– О, не стоит ставить под сомнения мои способности. – Загадочно улыбнувшись, сказал старик, убирая бумажку обратно в недра своей золотистой мантии. – Я стал Магистром ордена Ведон, когда у вас ещё между ног не почернело, и за это время сумел кое-чему научиться, что как вы выразились – простому смертному не под силу. А что до вашей помощи, то принуждать вас к чему-либо я не намерен. Всё равно я от вас уже получил, то, что мне было нужно. Не удивляйтесь, не удивляйтесь. – Отходя от неё, равнодушно махнул рукой Магистр, краем глаза заметив её изумлённый взгляд. – Но не думайте, что получив это, мы вас благополучно отпустим. Вы пробудете взаперти ровно столько, сколько мне понадобится для моей миссии.

– Что бы вы ни задумали у вас всё равно ничего не выйдет. – С ненавистью процедила в спину старику девушка. – Вы не подомнёте этот мир под себя. Вы же этого добиваетесь. Но это бесполезно. Против воли Асазона никто не сможет пойти. Не забывайте об этом. Так было и так будет всегда. Уже не одно поколение ваш проклятый орден творит зло в нашем мире и только поэтому я присоединилась к Исмириону, чтобы бороться с вами. Асазон дал мне это предназначение! Я Избранная!

– Величие – очень сильная вещь. – Повернувшись к пленнице, с оттенком понимания в голосе сказал Магистр. – Оно может вскружить голову. Что, в принципе, с вами, мисс Олисен и произошло. Вы, наверное, уже возомнили себя первой леди самого Асазона. Что вы им избранна не только для того, чтобы бороться со злом, но и для чего-то более глубокого и значимого. Более личного… Так? Но всё же не стоит обольщаться раньше времени. Ведь всё может оказаться совсем иначе.

Закончив говорить, старик повернулся к двери и, открыв ее, вышел, оставив Каролину в полном одиночестве со своими сомнениями, которые всё-таки стали закрадываться в её душу после его слов.

3

Фальшивка

Несмотря на то, что в окно светило утреннее весеннее солнце, настроение у меня напрочь отсутствовало. Во-первых, потому что свет, льющийся из окна, падал на экран телевизора, из-за чего его практически невозможно было смотреть, а занавешивать окно чёрно-красной простынёй мне не хотелось. Сегодня мне вообще ничего не хотелось. И уж тем более садится за писанину. А это уже было во-вторых. Период творческого застоя давно уже у меня не наступал и, хотя идей в моей голове присутствовало немало, садиться и начинать писать было просто-напросто лень.

Пройдясь по комнате из стороны в сторону, бросая при этом короткие взгляды на полки с книгами, которые в данный момент тоже не хотелось читать, я всё же подошел к своему письменному столу и, выдвинув из под него стул, с тихим вздохом уселся за него и посмотрел в правый нижний угол монитора стоящего на нём компьютера, где располагалось электронное табло часов. Было начало десятого утра. Конечно, грех было не воспользоваться своим свободным временем, но лень была сильнее.

Подавив в себе желание войти в интернет, так как знал, что это дело меня сразу же затянет, я вылез из-за стола и, задвинув стул, снова начал мерить комнату бессмысленными шагами. Зная, что впустую трачу своё время, я начинал злиться и от этого настроение у меня ещё больше портилось. Такие дни у меня бывали очень редко, но периодически всё-таки возникали и как всегда не вовремя. Я это просто-напросто ненавидел. Бывало, что мне удавалось это в себе перебороть, но сегодня не хотелось бороться вообще. Ни с чем и ни с кем. Мысленно обозвав себя слабаком, что было вполне заслуженно, я присел на диван и хмуро уставился перед собой. И вот в этот момент началось самое интересное. Пустое пространство в моей комнате между шкафом и письменным столом вдруг замерцало серебристым светом, словно в воздухе образовались искрошенные в пыль осколки разбитого зеркала, которые будучи невесомыми очень медленно колыхались, игриво поблескивая при этом от льющихся из окна тёплых солнечных лучей. Данное явление наблюдалось мной в первый раз, и поэтому я вскочил с дивана с учащенно бьющимся сердцем.