Мы валимся на пол. Лежим обнявшись. В кафе холодно, отопление выключено, но мы этого не замечаем. Наши сердца бьются в унисон, голова Альдоны на моей груди. Я перевариваю случившееся. Самое удивительное, что судя по крови на нашем белье, моя Снежная королева оказалась девушкой! В 22 года! Вот и весь секрет ее неприступности, высокомерного поведения с мужчинами. Похоже, что корейские приключения нанесли ей такую травму, что она с тех пор никого к себе не подпускала. И только рядом с Витей Селезневым плотину наконец, прорвало.

– А как же Вера?
– вдруг хрипло спрашивает Альдона

Да вы сговорились, что ли все?! Такой момент портить.

– С Верой все будет хорошо - я повторяю свою речь мамонту - Она ничего не узнает. Наши отношения мы будем хранить в тайне. Это понятно?

– Да - послушно отвечает Альдона

– Никаких сцен ревности, никаких интриг. Ты мой тыл. Вера - мое знамя. Мы все скоро станем безумно популярны, нет времени на козни между собой. Их и так будет много вокруг.

– Меня уже на улицах узнают - девушка погладила меня по щеке

– Это пока мелочи. Вот когда мы не сможем пройти без охраны по улицам Нью-Йорка, Лондона и Парижа...

Домой иду один. Альдоне нужно переодеться и успеть на оформление выездной визы - загран.паспорт у нее оказывается уже есть. Иду и перевариваю внутри себя случившееся. Как так получилось, что я успел изменить Вере сразу с двумя девушками в течении суток? Причем с Альдоной вообще все произошло скомкано и безумно. Как вообще можно лишать девственности такую красавицу в заброшенном, холодном кафе?? Ведь можно было пригласить в квартиру на Тверской. Немного вина, свечи, шелковое постельное белье, бесаме мучо... Последнее, правда где-то было. Ах, да. Москва слезам не верит. Сцена в осеннем саду, "это ты меня обманула"... Тяжело вздыхаю.

Мама уже не злится. Приготовила завтрак и задумчиво разглядывает, как я уплетаю омлет с ветчиной.

– Ты сильно повзрослел - констатирует она очевидное - Похоже, что пора отпускать тебя в свободное плавание. Тем более поездка в Сан-Ремо. Насчет экстерната в школе я договорюсь. Юлии Захаровне очень нравится твой Теплоход и Городские цветы. Будешь раз в неделю приходить - сдавать учителям основные предметы.

– Дома можешь не ночевать - видно как тяжело ей даются эти слова - Только пожалуйста, звони, предупреждай где ты

– Спасибо мам - я тыкаюсь головой ей в плечо - Я тебя не подведу и не заставлю краснеть за меня

– Да, чуть не забыла. Деду квартиру выделили в Москве. Поедем смотреть?

– Конечно, поедем.

Я быстро доел завтрак, позвонил Лехе и мы по-мужски перемигнувшись с мамонтом, все втроем отправились на Проспект Мира. Деду выделили двушку в новом доме на ВДНХ - мама по доверенности забирала ордер и ключи. Квартира мне понравилась. Не цэковский дом, конечно, но вполне приличная, новая девятиэтажка. Рядом метро, Ботанический сад. Если решить вопрос с машиной... Да, теперь после Завидово, можно смело покупать даже не одну, а сразу две. И матери и деду. Его, кстати, могут пока повозить и наши новые охранники. Как говорил кузнец в фильме "Формула любви" - "тута все теперь от меня зависит".

Высадив маму у метро, мы поехали оформляться на Огарева 6. Такими темпами мне в МВД скоро свой личный кабинет выделят. Так часто я тут бываю.

Несмотря на субботу - жизнь в здании кипела. По коридорам ходили офицеры, кое-где сотрудники продолжали украшать помещения. Особенно приятно было слышать из распахнутых кабинетов "О2" и "Боевым награждается орденом". В приемной все также восседал полковник Зуев, но вот ни Щелокова, ни Чурбанова на работе не было. Не беда. Пусть генералы отдохнут от меня. Слишком много в их жизни Вити Селезнева - это тоже не айс. Спустились на третий этаж.

Тут у кабинета 312 толпились музыканты, Клаймич со Львовой, охранники и все три звездочки. Работали овировские сотрудники медленно, очередь шла еле-еле. В Советском союзе живем, спасибо за напоминание. Заполнив анкеты и сфотографировавшись, я махнул рукой Вере и Альдоне. Первая и так на мне дырки влюбленным взглядом протерла. Вторая, наоборот, старательно отворачивалась и опять строила из себя Снежную королеву.

Осматривая квартиру деда, я размышлял над сложившимся любовным треугольником. Единственный способ сплотить его и не дать эмоциям вырваться наружу, в первую очередь у Альдоны - повязать всех общей тайной. Да такой, что обратно пути не было. Глядя на проспект Мира из окна, я внезапно понял, что ради дела всей моей жизни пора пролить первую кровь. Не ту в заброшенном кафе, а из вен и артерий. Клеить девчонок, пить вино и воровать песни - так СССР не спасешь. Да, всемирно известная группа - это мощный, в первую очередь идеологический и культурный рычаг. И дать ей распасться из-за того, что чьи-то эмоции вырвутся из под контроля - я не могу. Мне нужна Вера, еще больше мне нужна Альдона. Но дело даже не в этом. Можно предотвратить Афганистан, Чернобыль, но все это не спасет СССР. Спасти страну можно только уничтожив предателей, подонков и прочую околовластную сволочь. И здесь я должен понять главное - а готов ли я лично?

– Как говоришь, его зовут?
– мы втроем зашли в пустой кабинет и расположились за чьим-то рабочим столом

– Кого?
– не поняла Вера

– Насильника твоего несостоявшегося

У заи на глазах сразу навернулись слезы, сжались кулачки. В комнате повисло тяжелое молчание.

– Ты помнишь мою клятву?
– я повысил голос - Ту, которую я тебе дал в Сочи?

– Помню!
– Вера взяла себя в руки и твердо посмотрела на меня

– Пришло время ее выполнить.

– А мне можно узнать, что за клятва?
– заломив бровь, поинтересовалась Альдона