— Я сейчас, — Катя подала шуруп и вышла из ванной. — Это наверно соседка из шестой. Брала у меня миксер. Её кухонный комбайн неожиданно приказал долго жить.

Но Антон почему-то был уверен, что это никакая не соседка. А кто-то, кто сорвёт сегодняшний так хорошо начавшийся вечер.

— Бабушка?

Вот уж кого Катя не ожидала увидеть.

— Катенька, рыбка моя, — улыбнулась гостья и притянула для обнимашек. — Хотела предупредить, что заеду, но как назло мобильный разрядился. Привезла тебе огурчиков-помидорчиков с дачи, — она кивнула на корзину.

— Бабушка, ну, зачем? — Катя подхватила из её рук гостинец. — Тебе же нельзя тяжёлое носить.

— Так меня Степан Викторович подвёз.

Степан Викторович, сосед по бабушкиной даче, по счастливой случайности жил в соседнем подъезде Катиной хрущёвки.

Катерина понесла корзину на кухню, судорожно соображая, что делать с Волконским. Дело в том, что Валерия после того незабываемого ужина с итальянским уклоном уже успела рассказать бабушке, какое неизгладимое впечатление произвёл на неё Катин «парень». Бабушка тоже впечатлилась и уже несколько раз просила заехать как-нибудь с ним в гости. Катерина прошлого-то своего парня, и то с бабушкой не знакомила — как чувствовала, что не стоит торопиться. А уж Волконского (просто сыгравшего однажды роль парня) и подавно не собиралась родственникам представлять. Но что она скажет, когда Антон выйдет из ванной на ясны бабушкины очи? Что это сантехник?

Бабушка последовала за Катей на кухню.

— Ой, — затормозила возле открытой двери ванной. Но быстро спохватилась: — Здравствуйте.

— Здравствуйте, — Волконский спустился с табурета и включил свою улыбку на тридцать два зуба.

— Вы Антон? — догадалась бабушка. Ей бы в детективном агентстве работать. Версия с сантехником явно не прокатит. — Катенька, ну, знакомь же нас скорее.

Катя из-за спины бабушки попыталась исполнить небольшую пантомиму: мол, придётся тебе, Волконский, ещё раз изображать моего парня. Неизвестно, насколько он понял Катины эмоциональные жесты, но не растерялся.

— Антон Волконский, — представился он. — Мы с Катериной вместе работаем.

Катя выразительно постучала указательным пальцем по голове. По своей. Хотя хотелось по его. Какое вместе работаем? «Ты. Мой. Парень», — ещё одна выразительная пантомима. Причём не просто парень, а ещё и гендиректор компании. Раз уж представился так Лере и её Вениамину, то этой версии придётся и придерживаться.

— Вместе работаете? — недоумённо переспросила бабушка.

— Да, — влезла Катя. — Вместе работаем над вот этой полочкой в ванной, — она показала на дрель в руках Волконского. — Антон пришёл помочь дырки просверлить.

Бабушка разулыбалась. Как и любой женщине, ей нравилось, когда у мужчин руки из того места растут.

— Антон, знакомься, моя бабушка, Мария Родионовна.

— Очень приятно, — ещё одна улыбка чеширского кота.

— А это, — Катя обратилась к бабушке, — как ты уже наверно поняла, мой парень — Антон.

Волконский, наконец-то, окончательно сообразил, что к чему. И, зараза, не преминул воспользоваться ситуацией. Притянул Катерину к себе и чмокнул в макушку, как бы подкрепляя слова о «парне» действием.

— Бабушка, у тебя как со временем? — Катя потянула её из ванной. — Поужинаешь с нами?

Катерина очень любила с ней чаёвничать, болтать о том о сём, вспоминать что-нибудь забавное из детства. Но сегодня первый раз в жизни Кате хотелось, чтобы бабушка куда-нибудь спешила. Катерина боялась, что Волконский может не справиться с ролью. У бабушки о-го-го какой глаз намётанный и чутьё — начнутся вопросы и подозрения, а ей сейчас пока нельзя волноваться.

— Степан Викторович вызвался меня домой подвезти. Через часик. Так что у меня уйма времени в распоряжении, — «обрадовала» бабушка.

Катя обречённо начала накрывать на стол.

Волконский заявился на кухню через несколько минут. Отчитался, что с полочкой закончил и спросил, чем помочь. Не получив никакого конкретного задания, проявил инициативу — начал по-деловому расставлять на столике тарелки и раскладывать приборы. Что где лежит, видимо, с прошлого раза запомнил. Наблюдательный, чертеняка. Причём, если Катя ненароком перекрывала ему доступ к какому-нибудь из шкафчиков (что в тесной кухне неизбежно), он, мягко взяв её за талию, сдвигал в сторону с бесцеремонностью, какую может позволить себе лишь близкий человек. И это ещё Катя опасалась, что ему не удастся роль её парня? Станиславский отдыхает. Теперь бы только не прокололся в роли гендиректора. Ясно ведь, что бабушка не утерпит устроить ему допрос с пристрастием.

Катя всеми силами уводила разговор в нейтральное русло. Погода, любимый бабушкин сериал, урожайность овощей в этом году. Но, разумеется, все эти обычно животрепещущие для бабушки темы, сегодня потеряли для неё хоть какую-то привлекательность.

— Антон, а чем занимается ваша компания? — перехватила бабушка инициативу, как только Катерина на секунду смолкла перевести дыхание. — Катя — такая скромница у нас, но Лера мне уже рассказала, что вы возглавляете крупную фирму.

Ну, вот оно то, чего опасалась. У Кати суп поперёк горла встал. Вкусный, между прочим. Куриный. Сегодня, зная, что придёт Антон, она постаралась ничего не испортить. Не пересолить, не пересластить — в общем, блеснуть кулинарными талантами. Очень уж ей в прошлый раз понравилось, как самозабвенно Волконский нахваливал её сомнительные котлеты. Но, оказывается, даже такой практически идеальный суп может создать трудности с глотанием, если бабушка параллельно, сама того не подозревая, рискует спалить всю их с Антоном контору.