– Ах, это так чудесно! – восхитилась Анжела. Ее предыдущая фраза, такая красивая и утонченная была испачкана грязью непонимания, и поэтому она решила высказываться более просто. Во всяком случае, до тех пор, пока их компанию не покинет Савелий, и Доминика, и… впрочем, хорошо бы их вообще оставили наедине с Лучезаром.

– Все мои действия чудесны! – согласился Лучезар, и вдруг нахмурился, будто столкнулся с какой-то идеей, очень важной, но не такой восхитительной и возвышенной, как предыдущая. – А вы новые владельцы Империи, которых еще никому не представили? Вас привезли, чтобы мне показать?

Хотя фраза Лучезара, как впрочем, и сам Лучезар, ей совершенно не понравились, Доминика промолчала. Она и так уже совершила несколько непозволительных ошибок, которые не должна совершать владелица Империи, и от которых ее предостерегала Валентина. А молчав, она почти не рисковала наделать новые ошибки.

– Да, – прошептала Анжела и ее щеки покрылись восхитительным румянцем. С семи лет она тренировалась, чтобы научиться так красиво краснеть. И эти годы не прошли даром!

Следующие две секунды Лучезар смотрел на владельцев, владельцы смотрели на Лучезара. Все молчали, и думали о том, что надлежит сказать или сделать в такой момент.

– Как у вас дела? – наконец произнес Лучезар стандартную, ничего не значащую фразу, принятую в мире людей.

– У нас все отлично, – выдала стандартный ответ Доминика, и похвалила себя с тем, что в этот раз ничуть не отступила от правил приличия.

– А я вчера на гвоздь сел, болит теперь, – признался Савелий. – А уж когда зеленкой…

– Пожалуй, пора заняться делами, – подвел итог Афанасий Афанасьевич. – Лучезар, вы хотите заказать наши особые ювелирные изделия?

Доминика вспомнила, что уже слышала про особые изделия, слышала давно, и слышала от Арса, но тогда она не поняла, что обозначают эти слова. Впрочем, не поняла и сейчас, но надеялась в самом скором времени услышать пояснения.

– О, да! – согласился Лучезар, и благосклонно кивнул, позволяя остальным продолжить беседу.

– Разумеется, именно это заинтересовало Лучезара, – Пантелей тоже вложил какой-то тайный смысл в слово «это». – Всего ничего осталось до концерта, какой-то месяц. Нам надо спешить. Мы приехали, чтобы заказать бриллиантовые браслеты…

– Нет-нет-нет, я передумал! Бриллианты мне уже надоели! – заявил Лучезар. В его глазах вспыхнули искры интереса, и тут же разгорелись с необычайной силой, словно пламя гигантского пожара – он переходил на увлекательную, возвышенную тему. – Хочу новые браслеты, платиновые, с различными каменьями, наделенными небывалыми свойствами.

– Истинный талант. Он так тонко чувствует, и волнуется из-за каждой детали. Признаться, мне невероятно повезло, что я работаю с ним, – поспешно пояснил Пантелей. – Лучезар, какие браслетики ты хочешь?

– Такие – словно манжеты, только, чтобы верхние края были украшены тонкой россыпью заговоренных камней, – Лучезар полез в карман джинсов и вытащил сложенный лист бумаги. – Вот, я лично разработал дизайн.

Пантелей зааплодировал, Анжела тут же поддержала это начинание, но, не смотря на немую мольбу в глазах импресарио, никто больше не присоединился к ним.

Лучезар аккуратно развернул лист бумаги. На всеобщее обозрение был представлен достаточно милый рисунок широких браслетов, более всякой меры украшенных камнями.

– Очень-очень хорошо! Я восхищен! И более того, всегда приятно, когда клиент четко знает, чего хочет. – Афанасий Афанасьевич сохранял деловое выражение лица. – Следует отметить, что наш главный ювелир должен объявиться с минуты на минуту. Уверен, он как истинный профессионал своего дела, тоже оценит ваш рисунок и сможет выполнить заказ.

Лучезар не разделил его уверенности, и даже будто чуть поник, услышав последние слова адвоката.

– О, нет! Лучше мы с вами сами решим этот вопрос! – потускневшим голосом сказал он. – Зачем же его звать сюда! Не нужно его звать!

– Согласен, полностью согласен! – ответил Афанасий Афанасьевич. – Все зависит, даже не от моего, а лишь от вашего решения. И господин Триглифат просто выполнит необходимые распоряжения.

– Пантелей! Ну ты же давал обещания! Ты заверял, что никакого Триглифата не будет на этот раз! Ведь даже мысли о нем омрачают мое сознание! – Лучезар ткнул утонченным белым пальцем в импресарио. – Сделай что…

– Кто, осмелился меня позвать?!

Все дружно повернулись.

В холл вошел пожилой низкорослый, очень низкорослый, человек в старомодном костюме, рубаха была частично скрыта красивой длинной бородой, но все же проглядывал непривычный крой, да и от фасона штанов веяло чем-то древним. Доминика уже достаточно долгое время проведшая за изучением моды, а так же истории моды, безошибочно отнесла это одеяние к четырнадцатому веку. На его голове красовалась шапка, более напоминающая колпак, а через плечо был перекинут кожаный мешок. Свободной рукой он чертил в воздухе какие-то знаки.