Мама пояснила Ирине, что не чувствует ни ревности, ни обиды, ни досады! И, добавила, что желает, чтобы для Иры он оставался таким же добрым и сильным человеком. Ирина робко спросила, способна ли мама его простить, хотя бы потом? Мама ответила, иногда можно воскресить убитого человека, но возродить убитую, глупо и жестоко убитую любовь невозможно!

Несмотря на то, что Ира в глубине души надеялась на примирение родителей, этого не произошло. Этого не произошло даже тогда, когда папа прекратил все отношения со своей возлюбленной. Мама лишь предложила размен квартиры. Затем, мама уволилась из прокуратуры, перешла работать в полицию и они переехали в другой район…

Ира достала из сумочки телефон. Это было сообщение от Вики: «Привет! Ты где?» А через две секунды гукнуло в кармане у Максима. Денис писал: «Че делаешь?» Молодые люди рассмеялись, и решили, что лучшего способа познакомить Дениса и Вику, чем на дне рождения Макса просто не найти!

В шесть часов утра Марина позвонила родителям. На вопрос «Вы еще не спите?» мама громко, почти крича, ответила, что у них только одиннадцать вечера по местному времени и у них дискотека в самом разгаре! Но в следующую долю секунды ей в ухо ударили оглушительные ритмы тропической ночи, из экрана стали выстреливать разноцветные лучи стробоскопов и прожекторов. Затем в трубке послышался веселый папин голос, который потребовал именинника. Мама показала папу. Он был в шортах и открытой майке. Папа звал Максима, продолжая комично извиваться под грохочущую музыку. Марина попыталась объяснить родителям, что они забыли, о практической невозможности разбудить Макса в шесть утра! Марина подошла к кровати брата и поднесла телефон прямо к лицу. Макс продолжал дрыхнуть так, как если бы вокруг была полная тишина и кромешная тьма. Марина, рискуя потревожить соседей, сделала на полную яркость и звук. Максим только перевернулся на бок и продолжал безмятежно спать. Марина крикнула в телефон: «Папа! А ты точно инженер, а не потомственный пожарный?» Родители на другом краю планеты расхохотались и попросили от их имени поздравить сына, как только он проснется. Марина пообещала, что сделает все как нужно, и отключила звонок, предоставив возможность родителям наслаждаться курортными прелестями.

В половине двенадцатого все собрались на вокзале. Более всего был нагружен Артем. В обоих руках он держал по ведру, а за плечами полный ранец. Дениска тоже нес за плечами увесистый ранец. Не менее тяжелая сумка была у Макса в руках. Остальные продукты можно будет купить в деревенском магазине и у бабулек. Ребята планировали провести в деревне хотя бы дня три, а то и четыре. Мальчишки прошли сразу на перрон, а девочки направились к кассам.

Вагон оказался полностью заполненным. На следующей станции вошли еще две пожилые женщины и Артему и Денису пришлось продолжать путь стоя. Максим тоже встал. Мальчишки стали болтать о технике, о научных открытиях, о путешествиях…

В кругу девочек все внимание было направлено на Вику. И это естественно, ведь ее знала только Ирина, и то, как оказалось, весьма немного.

Марина сразу поинтересовалась: «Как тебя родители отпустили? Ведь они же нас, практически, не знают!»

Вика засмеялась и ответила: «С родителями теперь полное взаимопонимание! Они как только узнали, что у Ирусика маман подполковник юстиции, так, без слов, меня отпускают с ней, хоть на край света!»

Марине, безусловно не нравилось, что Вика была довольно вульгарно накрашена и постоянно жевала жевательную резинку. Впрочем, она, вполне, допускала, что у тринадцатилетней девочки может быть такой, безусловно глупый, способ самоутверждения. Но Марина обратила внимание на, прозвучавшее в ответе, слово «теперь». И Марина имела неосторожность спросить: «Почему теперь? А раньше?»

Вместо ответа Вика, которая сидела у окна, ткнула пальцем в стекло и громко сказала: «Смотрите, какой прикольный старичок!» На небольшом расстоянии от железнодорожных путей, действительно, проходил какой-то пожилой человек с палочкой. Он был одет в телогрейку, хотя было достаточно жарко. Во всем остальном, это был вполне обыкновенный сельский житель, который, вероятнее всего, с самого раннего утра обходил окрестные леса в поисках ягод, или грибов, или еще какой лесной добычи. Было понятно, что Вика просто перевела внимание на этого старичка, чтобы уклониться от ответа на неудобный для нее вопрос. Не было бы старичка, она указала бы на какой-нибудь другой объект. Например, на какое-нибудь причудливое дерево или кустик.

Марина поняла, что поступила опрометчиво. Сейчас Вика замкнется, и, скорее всего, откровенного разговора не получится. Надо перевести разговор на другую тему. Но на какую? Марина подумала: «Да какое, собственно, мое дело до взаимоотношений этой малолетки со своими родителями?» Но, с другой стороны Марина была старшей в этой компании, и по возрасту, и по степени ответственности. Она знала, что Максим, по предварительной договоренности с Ириной, пригласил эту Вику для знакомства с Денисом. А значит, они планируют общение вчетвером. Как старшая сестра, она просто не имеет морального права оставить на «самотек» с кем будет общаться ее брат! На счет Ирины, она была совершенно спокойна и даже счастлива, что вот такая правильная девочка была послана судьбой ее любимому братишке. Денис тоже был парень целеустремленный и, даже, упорный. Не раз родители ставили его «в пример», когда отчитывали Максимку за какие-либо проступки. Но вот относительно моральной устойчивости Вики, у Марины были большие сомнения. Не смотря на то, что она вела себя достаточно скромно, поскольку находилась в компании почти не знакомых ей людей, она была девочкой активной и, даже можно предположить, дерзкой. И если допустить, что она у них станет «заводилой», то как не допустить того, чтобы она не «завела их не туда, куда следует?»

На этой мысли Марина остановилась и сказала сама себе: «Что это я, в самом деле, рассуждаю как престарелая бабулька?» И подумав так, она, немного грустно, улыбнулась сама себе.

Ирина тоже заметила это замешательство. Общаясь с Викой, она не стремилась узнать о ней все и сразу. Она и сама не очень любила, всякие расспросы о личной жизни. Человек имеет право на свою конфиденциальность! В то же время, Ирина поняла, что Марина интересуется новой подругой далеко не из праздного любопытства. Но как разговорить Вику? Как вызвать ее на откровенный разговор? Неужели Вика не понимает, что все, рассказанное ей, останется между ними? Разве Вика не доверяет ей и старшей сестре ее молодого человека?

Вдруг Ирина вспомнила, что мама, которая до недавнего времени более двух лет прослужила в полиции, где ей приходилось вести допросы самых разных людей, начиная от честных, законопослушных и, даже, застенчивых граждан, заканчивая отъявленными, не имеющими внутренних тормозов, и каких-либо нравственных критериев мерзавцами, говорила о необходимости индивидуального подхода к каждому допрашиваемому. В ее, относительно короткой, практике службы в полиции был случай, когда крепкий и уверенный в себе молодой человек, вдруг разрыдался как ребенок. Хотя Ира неоднократно просила маму рассказать, почему это произошло, в ответ слышала: «Придет время – расскажу обязательно!»