Когда мы сюда добирались, он мне показал центральные улицы с богатыми домами моррингов и объяснил, что люди сюда могут прийти только на работу по специальным пропускам. Их община небольшая, но земли на много километров вокруг города в их владении и селиться на них можно только с разрешения главы общины. Я сразу спросила, нужно ли мне такое разрешение, но он мне как-то невнятно ответил, что если я пришла с ним в город, то это автоматически даёт мне вид на жительство, если выражаться нашими понятиями, и не требует оформления пропуска. Глядя на то, как он юлил, я поняла, что или врёт, или не договаривает, но не успела выяснить в чём дело, потому что мы как раз пересекли этот мост и остановились перед пресловутой ночлежкой, будь она не ладна!

Я стояла перед ним и пыталась отдышаться после нашего забега, а он смотрел на меня очень сосредоточенно, и по его лицу была видна ускоренная работа мозга, ищущего выход из сложившейся ситуации. «Значит, не хочется ему оставлять меня в этом бомжатнике. Ну-ну. А как же папа?» – подумала я, вырвала руку из его лапищи и подошла к ограждению. Фух, постою лучше на водичку посмотрю. А водичка-то грязная. Здесь про очистные сооружения, видно, никто не знает.

Вдоль реки стояли небольшие домики людей, от каждого из который к берегу шли дорожки, заканчивающиеся небольшими деревянными помостами. Кое-где на них стирали женщины. Во всех домах были огороды и сады. На другом берегу картина была противоположная – там был парк с подстриженным газоном, огромными деревьями, дорожками, клумбами и беседками. Причём, парк окружал город по всему периметру. «Эстеты, блин! Не хотят смотреть на жизнь людей», – подумала я.

– Это нужно, чтобы энергия моррингов не воздействовала на нервную систему человека, – тихо сказал Харт, который уже успокоился и начал опять копаться у меня в голове.

– Объясни, – попросила я.

– Мы – магические существа, у нас сильное энергетическое поле, которое при превращении в зверя увеличивается многократно. Были случаи, что люди сходили с ума и даже умирали. Поэтому люди приходят на работу на несколько часов и никогда не селятся рядом с нами. Вода и деревья отлично поглощают излишки полей и защищают людей от их воздействия.

– Ничего себе! Вон оно что? А я подумала…

– Нет, я понял, о чём ты. Никто из нас людей не притесняет.

– Слушай, – я залезла на перила и села, зафиксировав ноги между прутьев, чтобы не задирать голову, общаясь с ним, – но ведь я с тобой общаюсь и ничего не чувствую. Или это потом скажется?

– Нет, с моррингами в образе зверя люди находиться поблизости не могут, тем более общаться ментально. Вернее, я хотел сказать, обычные люди, – сказал Харт, внимательно посмотрев мне в глаза.

– Ты хочешь сказать, что я не обычный человек? – спросила я.

– Похоже на то. Очень редко бывают такие аномалии. Ещё такое может быть, если люди имеют нашу кровь.

Я открыла рот, потом спохватилась и закрыла.

– Так значит у вас могут рождаться дети от людей?

– Очень редко, но такое возможно, – ответил Харт и начал внимательно всматриваться мне в глаза.

– Не смотри на меня так! Думаешь, что раз я оказалась такой исключительной, то брошусь тебе на шею и нарожаю котят? Тьфу, ты, моррингят. Короче, ты понял. Так вот почему твой отец так переживал?! – я спрыгнула с перил и начала ходить туда обратно около Харта, взволнованно жестикулируя. – Можешь передать своему отцу, что ваша семейка меня абсолютно не интересует. Вероятность платить алименты равна нулю, ну если только ты сам меня не изнасилуешь.

Я замолчала и посмотрела на лицо офигевшего морринга.

– Не будешь приставать?

– Нет … – начал было он говорить, но я его прервала.

– Вот и хорошо. А теперь давай мне обещанные деньги и иди домой, а то мы с тобой заболтались, отец будет волноваться.

Он полез в карман, вытащил кошель с монетами и протянул мне.

– Только расскажи мне, пожалуйста, какие у вас деньги и что на них можно купить.

Он сначала не очень понял, что я от него хочу, но потом всё четко мне объяснил. Я пересчитала всю наличность, которую мне дали, прикинула в уме питание и проживание и поняла, что у меня в руках практически месячное содержание.

– О, Харт, спасибо тебе, ты настоящий друг! Всё я побежала! В какой стороне аппараты лежат? – спросила я обернувшись.

Он махнул рукой вправо, в сторону леса. Я помахала ему рукой на прощанье и побежала по дороге, свернув на улицу, которая вела в нужную мне сторону.

Глава 6

«Надо в первую очередь найти себе жильё, лучше всего снять у кого-нибудь комнату. Сейчас дойду до конца улицы, может там какая-нибудь бабушка живет одинокая или дедушка». Улица была длинная, народ мне по пути практически не встречался, спросить было не у кого. Кроме то, я только сейчас подумала о том, что моррингов я прекрасно понимала, и они меня тоже, скорее всего, потому что могли читать мои мысли, а вот люди могут говорить совсем на другом языке.

Я остановилась, повертела головой и увидела около забора трёх мальчишек, которые что-то высматривали за ним. Подойдя ближе, увидела, что за забором с другой стороны сидит ещё один пацан.

– Не пускают с вами играть? – спросила я, наклонившись.

– Да, родители наказали, – ответил один из них, и я с облегчением вздохнула.

Не знаю, как это работает, но мы понимали друг друга, хотя я видела, что говорят они по-другому.

– А ты кто такая? Мы тебя не знаем! – спросил самый старший из них.