– А зачем вам это?

– Просто сделайте, хорошо?

Девушка снова замолчала, обдумывая сказанное Скоблевым. А потом все же ответила:

– Хорошо.

– Вот и отлично. Оля, я тут кое-что видел, – Рома немного помедлил. Сейчас вроде бы подходящий момент, чтобы узнать о своей находке. – Вчера на кладбище наткнулся на могилы ваших родственниц, и все они…

Оля перебила:

– Я знаю, о чем вы хотели спросить, Роман Русланович. Да, все женщины моего рода умирают, предварительно передав свое проклятие, в тот момент, когда рождается дочка. Я осталась последней, – спокойным, даже будничным тоном проговорила девушка.

– А от него можно избавиться?

– Нет.

– Ясно, – сказал Скоблев, жалея, что вообще затеял этот разговор. Ну вот кто его за язык тянул? Хотя узнать ответ было интересно. – Не буду больше вас отвлекать. Хорошего вечера. И простите, если я спросил не то.

– Ничего страшного, я уже привыкла.

Попрощавшись и сбросив вызов, Роман тут же набрал номер младшего коллеги. Тот ответил буквально после первого гудка.

– Роман Русланович, что-то случилось? – настороженно уточнил Леонид.

– Нет. Скажи, а у вас в городе есть ботаники?

– Кто?

– Люди, занимающиеся растениями.

– Я знаю, кто такие ботаники. Но зачем вам?

– Мы совсем забыли о средстве, вводимом девушкам перед похищением. Ты только подумай: тот, кто им пользуется, разбирается в травах. Тимохина сказала, что это самодельный препарат. Должен же его кто-то изготавливать. Даже если не сам убийца, мы сможем выйти на поставщика. А кто хорошо разбирается в растениях?

– Ботаники.

– Именно! Или травники, как их называют в простонародье. Проверь, у кого в городе есть образование ботаника.

– Я смогу проверить только тех, кто есть в нашей базе, но там не весь город. И вы же понимаете, если мы будем искать в этом направлении, то вполне вероятно, потратим много времени впустую?

– Да. Но есть ли выбор?

– Может, вы и правы. Ладно, я займусь.

– Спасибо, Лень.

– Да не за что. До свидания, Роман Русланович.

Сбросив вызов, Рома отправил фотографию со знаком Ольге и отложил телефон. Прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, но получалось плохо. Все мысли занимала работа. Вот так всегда. Даже будучи женатым, работу он ставил на первое место, уходя в нее с головой.

– Еда, – тихо проговорил мужчина и поднялся с дивана. – Мне нужно поесть.

Придя на кухню, принялся разбирать пакеты с продуктами. Готовить Роман умел. Пусть и не особо хорошо, но простое пюре с жареным окорочком получалось вполне прилично.

Пока чистил картошку и мариновал курицу, на заднем фоне бормотал телевизор. Он показывал только две программы: новости и индийские фильмы, которые Рома терпеть не мог. Пришлось остановиться на новостном канале. Вообще, Скоблев бы с радостью и его выключил, но хотелось слушать чей-то голос, пусть и диктора.

Отпив пива из бутылки, Рома снял пенку с картошки и перевернул уже практически готовую курицу. Прикрыв кастрюлю крышкой, подошел к кухонному окну и распахнул форточку, впуская в квартиру вечерний воздух. Отпив еще немного пива, бросил взгляд на разбитую детскую площадку и хотел снова поднести бутылку к губам, но замер.

Возле остатков качелей стоял тот самый рыжий парнишка из детского дома. С минуту Скоблев, не моргая смотрел прямо на пацана, а тот смотрел на него. Внезапно Рома заметил, как губы ребенка двигаются. Тот что-то говорил, но мужчина не умел читать по губам. Да и слишком далеко.

Мальчишка встал боком к окну и, вытянув руку, показал куда-то пальцем. Рома подчинился и посмотрел в том направлении, но ничего не заметил, кроме ярких уличных фонарей и панельных домов. А когда повернулся обратно, то мальчик уже куда-то исчез.

За спиной послышалось шипение.

– Черт! – выругался Скоблев и бросился к плите, где убегала картошка. Сняв крышку, выключил газ. Вернувшись к окну, снова посмотрел в ту сторону, куда показывал рыжеволосый парнишка, и его озарило: – Детский дом!

Забыв про ужин, Рома быстро натянул джинсы, футболку, рубашку, обулся и вышел на улицу. Оголенных частей тела коснулся прохладный ветер, но мужчина лишь глубоко вдохнул и пошел к своей машине.

Что хотел показать тот пацан, он не знал, но чувствовал – нужно туда ехать. Скоблева словно невидимые нити тянули.

Детский дом уже спал, свет горел только в окнах коридоров. Заглушив мотор и выйдя из машины, Рома огляделся. Рядом стояли припаркованные автомобили и никого не было. Обернулся на здание детского дома и, вздрогнув, отшатнулся. Всего в нескольких шагах впереди стоял ребенок, тот самый рыжий мальчишка. Но теперь его кожа казалась мраморной, а зеленые глаза потускнели и из них пропала жизнь. Малец, не говоря ни слова, развернулся спиной к Роману и пошел в сторону от детского дома.