– Ишь, смотри-ка, Саня, чистюля какой… – усмехнулся один из каторжников, – Наверняка еще не понял куда попал. Ничего, скоро до его скудного ума дойдет, где оказался.

– Ага, знаешь, парень, у нас принято делиться, так что скидывай куртку обратно, тебе она больше не понадобиться, а вот нам… даже очень, и дружку своему скажи, чтобы перестал скулить.

Глянул в сторону, сразу заметив Ваську, сидевшего в углу и сжавшегося в комок, дрожащего от холода. Верхнюю одежду у него уже отняли, да и обувь тоже, причем вместе с носками.

Вот ведь, недоразумение свалилось мне на голову.

Можно было наплевать на пацана, но я почему-то не мог так поступить. Внутри как-тот нехорошо свербило, стоило подумать о том, чтобы бросить Ваську в беде.

Помогать этому трусу и слюнтяю не хотелось, но, то ли инстинкт, то ли внутреннее чутье, просто вопили, что я должен это сделать.

Еще раз обвел взглядом барак. Восемь заключенных, не считая нас с Василием.

– Кто у вас здесь главный?

– Ну я, – ответил бородатый мужик, и видя мой настрой, сразу поинтересовался, – А ты, что же, решил занять мое место?

– Ага. С этого дня власть меняется.

– А-ха-ха, малец, ты ничего не попутал?

– Нет, – ответил, смотря прямо в глаза оппоненту, не намереваясь отводить взгляд.

– Борзый, значит. Ничего, сейчас мы тебе эту борзоту в глотку затолкаем.

– Попробуйте.

Стоило зайти в барак, сразу понял, что кроме как силой, вопрос не решить. Если я хотел относительно спокойно прожить следующие несколько дней, стоило сразу определить свой статус.

Как это сделать?

Просто: набить всем морды, по-другому такие люди не понимали или отвыкли понимать.

Бородатый дал сигнал своим шавкам, и двое из них кинулись на меня, намереваясь как можно скорее разделаться с наглым новичком.

Применять магию не стал.

Что я, дурак, светить своими возможностями, когда никто другой на это не способен?

Пришлось поработать руками.

Хе-х, первые двое оказались полными слабаками. Я мог сразу сказать, что аристократами они не были, никакого обучения не проходили и драться умели на уровне уличных подворотен. Почти так же, как я в тот момент, когда попал в этот Мир. Пару раз пригнувшись и уйдя в сторону, пробил одному в печень, немного качнув энергии в кулак. Для постороннего взгляда это было совсем незаметно, да и не понял бы никто моих манипуляций, даже если бы что-то заподозрил.

Второй – попал под апперкот. Недотепа со всей дури налетел на мой кулак рожей. Изначально, я не пытался сильно бить, но когда заметил, как его голова, после уклонения от очередного удара дернулась в сторону, не смог удержаться, и придав скорости, изменил траекторию движения…

Больше ничего делать не пришлось. Каторжник, громко вопя, схватился за челюсть и пошатнулся, тут же шлепаясь на задницу.

– Криворукие, – процедил бородач, сразу же давая команду остальным пятерым заключенным, и те ломанулись вперед.

– Сброд, – сделал я вывод, отпрыгивая в сторону и нанося удар тому, кто находился ближе всего.

Даже если они когда-то умели более-менее нормально драться, за время, проведенное на руднике, многое позабыли. Во всем нужна постоянная практика, а ее у них не было. К тому же: изможденность, недоедание и в целом плохие условия проживания, сказались на их физической форме не лучшим образом.

С четверкой я расправился за каких-то пару минут, мог бы и быстрее, но не стал выставлять на показ свои способности.

Пятый, к сожалению, очень быстро смекнул, что меня ему не победить, а огребать люлей не хотел, поэтому мухой метнулся в сторону Василия, и схватив того за грудки, вздернул вверх, собираясь приставить к его горлу заточку, но не успел. Похоже парня настолько всё достало за последнее время, что он конкретно психанул, всхлипнув на весь барак, Васька резко взмахнул рукой, и его локоть впечатался в кадык бандита.

Не знаю, сыграла ли здесь свою роль удача, и всё получилось случайно, или Васька целенаправленно целил в конкретное место, заранее просчитав траекторию удара – не имеет значения.

Главное, его противник, хрипя и хватая ртом воздух, рухнул на землю, схватившись за горло и пытаясь сделать хоть один вздох.

Бесполезно, Василий явно что-то повредил противнику внутри. Это стало понятно, когда у мужика сначала тонкой струйкой, а затем уже целым потоком хлынула изо рта кровь.

– Не жилец, – констатировал я и цокнул языком.

– Сцука! – взревел бородач, прекрасно понимая последствия подобного инцидента.

Ну да, закопать незаметно трупешник не получится. Охрана в любом случае не досчитается одного из каторжников и тогда… Ничего хорошего нам не светит.