— Постойте пока там, — приказал он амбалам и, нервно сглотнув и слегка побледнев, ответил хорошо поставленным бравым тоном: — Слушаю, Ваше Сиятельство! Так точно, он здесь! Что?! Вы шутите? Никак нет, я не смею сомневаться в ваших словах! Да, он действительно здесь… да, я говорил это… что?! Вам прислали запись моих слов и угрожают слить журналистам? Вы, верно, шутите надо мной…

Амбалы в чине сержантов переглянулись. Порой капитан был слишком эмоционален и не умел держать язык за зубами. Братья давно служили в полиции и хорошо чувствовали, когда дело дурно пахнет. Их дело маленькое, они всего лишь выполняли приказы. Это работа начальства — принимать решения, и на их же шапки сыплются все награды и шишки.

Капитан как раз закончил отчитываться перед высоким начальством и повернулся к своим шестёркам с побагровевшим лицом:

— Идиоты, кого вы вообще притащили?! Он поднял на уши половину империи, а вторую поднимет, когда те проснутся! Немедленно освободите его, извинитесь и верните вещи! И деньги тоже, всё до копейки! Пусть все держат язык за зубами. Сделаем вид, что ничего не было и всё произошло по ошибке. — Капитан побагровел до уровня старой свёклы и дышал всё чаще, слова с трудом вырывались из пересохшей глотки. — Я… мне нужно сходить выпить… всё непременно обойдётся…

У грузного мужчины внезапно подкосились ноги. Он беззвучно открывал рот с выпученными глазами, покуда амбалы растерянно переглядывались. Их не учили оказывать первую помощь, хотя это входило в базовый курс обучения. Верным псам капитана каждый год ставили автоматическое прохождение аттестации, и сейчас это сгубило его. Довольно скоро он умер. Продажного капитана убил сердечный приступ вместе с пристрастием к алкоголю и нездоровым образом жизни.

— Я вызову врача, а ты вытащи того москвича, — привычно приказал старший на целых сорок секунд, но неожиданно столкнулся с возражением:

— Думаешь, стоит? Может, расколем его до конца и получим плату от графа? — спросил младший. Он всегда был немного туговат.

— Не, слишком опасно. Шефу вроде полковник звонил, и раз его дёрнули посреди ночи, это уровень не меньше князя. Лучше их не злить и делать всё, что они говорят.

— Гриша говорил, он дрыхнет, не пошевелился с момента захода в камеру. Подождём, пока проснётся? Может, немного добрее будет. А мы пока скажем Елисею, чтобы вернул телефон.

Андрей, слушавший сержантов через взломанную камеру, с удовлетворением пометил задачу «спасти владельца» выполненной и вернулся к гораздо более интересным делам — спорам в интернете. Теперь он не вычислял своих противников по айпи и не посылал венки, а давил их исключительно логическими аргументами. И совсем капельку угрожал, чтобы не выбиваться из образа.

Камера временного содержания в северном отделении имперской полиции города Хабаровск

Я закончил с очередной обороны стены, куда отправился немного подзаработать. Использовал старое тело и миссию выбрал несложную ради возможности быстро покинуть стену без ущерба для Легиона.

Заработав около тридцати тысяч кредитов, я открыл глаза в своём мире примерно в восемь утра. Мышцы затекли из-за неудобной постели, зато мне было неожиданно тепло — стены камеры нагрелись, поддерживая довольно комфортную температуру. Стоило мне размяться и воспользоваться туалетом, как в дверь вежливо постучали. Кто-то стоял за ней и ждал, когда я проснусь.

— Заперто! — крикнул с лёгкой издёвкой.

— Игорь Михайлович, желаете переодеться? — В открывшееся окно для раздачи еды просунули контейнер с моими вещами. Следом послышался лязг отпираемого замка. — Вы свободны! Я провожу вас к выходу, как только будете готовы. Или желаете дождаться завтрака? Сегодня в меню овсяная каша с чёрным хлебом, повару особенно удались комочки…

— Обойдусь, — хмыкнул, стягивая с себя уродливую тюремную робу. — Лучше отведи меня к капитану.

— Боюсь, это невозможно, он мёртв. Сердце не выдержало, когда раскрылись его многочисленные преступления. Все выдвинутые против вас обвинения сняты! Желаете поговорить с исполняющим обязанности лейтенантом?

— Хрен с ним. Сейчас выйду. — Неторопливо надевая свой итальянский костюм, я размышлял над сложившейся ситуацией.

Стало интересно. Сначала я думал, что сработали мои немецкие адвокаты, но убивать целого капитана явно не в их стиле. Больше на ум никого не приходило. Неужели Виктория вмешалась в своём сумбурном стиле? Вряд ли, она бы подняла на уши весь город и устроила громкую бучу, а в здании было тихо. Андрей? Так он вроде ограничен и не может никого убивать без моего приказа или одобрения.

Мне вернули все вещи, кроме телефона. Точнее, его тоже, но в виде кучи мелких осколков. Кто-то тщательно обработал его молотком или чем-то похожим.

— Мы компенсируем вам всю сумму вместе с моральным вредом — поспешно заявил массивный амбал в сержантской форме. — Пусть ваш юрист отправит письменный запрос.

Ничего не ответив, я спокойно покинул полицейский участок, отметив общую нервозность своих недавних пленителей. Здесь явно что-то не так. И это ощущение усилилось, когда прямо ко входу подъехала крутая машина такси с кожаным салоном.