— Тише! Это свои! Не жрать!

Что ж, потратил ещё полчаса на дрессировку — и раптусов, и Потёмкина, заодно освоился с интерфейсом ошейников. И те, и другие проявили благоразумие и не попытались испробовать друг друга на вкус. После детёныши были переданы в руки Петеньки, который к тому времени освободил им клетку и гнездо.

Погуляли — и хватит. Меня уже невообразимо клонило в сон. Октавия расположилась во внутреннем дворике в своей привычной сторожевой позе, пожелал ей доброй ночи — и отправился спать.

Ночью кто-то тёплый и чрезвычайно приятный наощупь осторожно залез ко мне под одеяло, я инстинктивно обнял покрепче и снова уснул.

Правда, во время сна сообразил, что что-то тут не чисто. Как-то слишком хорошо и непривычно уютно. Проснулся — и обнаружил у себя в кровати Юдифь, ту самую девицу-дикарку, племя которой я приютил.

— Тебя кто впустил? Как ты сюда проникла? — проборомотал я спросонья.

— Железная дева, — прошептала она. — Я сказала, что хочу возлежать с Повелителем, она приказала мне раздеться, осмотрела меня и дала нужные наставления. Только… Повелитель до сих пор не возжелал меня… Так и лежу.

Можно подумать, я не смог ей отказать, и мы сплелись в жарких объятиях? Ха, Как бы не так! Нельзя недооценивать крепость моего духа и силы воли.

Мой кодекс чести Имперского Рыцаря не позволяет делать это с беззащитными девушками, тем более — из федеративных племён. Я всегда был чрезвычайно разборчив в связях. Все дамы, которые были у меня во времена моей юности, были как минимум дворянских кровей. Таковым я оставался даже и в Пантеоне — абы с кем и абы как — нет уж, ни в коем случае.

Пожалуй, я бы даже пренебрёг подобными ограничениями, если бы не одно «но». Октавия — это всё затеяла она, а я не мог ей позволить за себя решать такие вещи.

Я позвал Октавию и вежливо попросил вернуть девушке одежду. Октавия была явно недовольна тем, что её хитрый план не сработал. Нет уж, дорогой мой андроид, я как-нибудь сам разберусь.

Уходя, она спросила:

— Господин рыцарь, всё забываю спросить: мне очень нужно… точнее, требуется для науки, взять некоторые пробы у Макса. Он как раз подвергся высоким нагрузкам. Вы разрешите?

Ну, я и разрешил, не подумав о последствиях.

— Что за пробы? Ладно. Главное — без вскрытия. Всё, дай поспать уже!

— Спасибо! — как-то черезчур обрадованно отозвалась Октавия и ускакала прочь.

Странно, конечно, такие вещи среди ночи спрашивать, но мало ли чего ей в голову взбреждёт. Но после я так и не уснул. К тому же, рано утром прилетел Питер Блейз. Погрузка и передача Кислотного Барона произошли без лишних глаз.

— Виктор Витальевич передаёт глубокую благодарность, и далее по списку, — сообщил он. — Увидимся на орбитальном биатлоне.

— Расскажешь мне после, как и чего.

После завтрака непродолжительное время прибирались, а затем Дарья захватила Илью и Роберта и улетела на Скотинке в Немилино. Передать зерно, удобрения и помочь заводчанам подлатать кое-чего.

Мы же остались отдыхать и неспешно прибираться после торжества. По правде сказать, я планировал весь день заниматься бездельем, как вдруг Семёныч сообщил по внутренней связи.

— Два челнока требуют посадки! Незнакомые. Из Западной Герберы.

— Вот как. Боевые?

— Не-е. Пассажирские.

— Пускаем, разумеется.

Челноки приземлились у дальнего края посадочной площадки. прямо-таки роскошные, комфорт-класса. Один — постарше и побольше, а второй — небольшой совсем, почти вдвое меньше Скотинки, но новенький, с гладкими обводами, с золотистым покрытием и обзорным куполом. Явно для тех, кто любит потягивать коктейли, любуясь игрой света в обломках ледяного кольца.

— Кажется, я уже догадываюсь, кто это. Семёныч, скажи всем, чтобы не отсвечивали.

А сам схватил глайдербайк и помчал к шаттлам.

И угадал.

Виктория выскочила из первого шаттла раньше охраны — с зонтиком от солнца, в модных очках и лёгком комбинезоне. В новеньком, с элемента стиля пустынгеров, не удивлюсь, если специально спроектированным её модным домом для путешествия.

— Итак… Восточная Гербера! Какой я раз в жизни здесь? Третий? Или четвёртый? В Королёве ещё ни разу не была. Александр… как я рада встрече!

Протянула руку для лобызания. Я поприветствовал.