Это было очень жутко. Благодаря своей работе я много путешествовал. И видел множество брошенных зданий и даже руины целых городов. Иногда они завораживали своей мертвенностью и пустотой. Но это всё меркло по сравнению с тем что я видел в Клаурезе. Остановившиеся по дороге кареты. Ополовиненные кружки в тавернах и упавшие ложки, блюда от которых ещё шёл пар. Всё это пугало меня сильнее чем виденный мною однажды дворец, кого-то из тёмных королей прошлого. Тем не менее прослонявшись по городу час, и не найдя никого живого, я отправился в свой дом, размышляя по пути, что же делать.

Сначала было меня испугала мысль, что я мог остаться один в целом мире. Но я её тут же отбросил. Не знаю почему, но я с чего-то был уверен что, это не так. Вот уверен и всё тут. Поэтому единственно логичной была мысль отправляться в соседний город, в Порсонью. Ещё один форпост от тварей с севера. Обычный городок с таким же гарнизоном солдат. С этими мыслями я двинулся к своей берлоге.

Идти по пустынным улицам было жутковато, фасады домов немым укором написали надо мной и давили звенящей тишиной. Иногда конечно, эту гнетущую тишину разрезали различные звуки, но они только ещё сильнее пугали.

Наконец-то я добрался до своего убежища. Четырёхквартирный дом, прямо около центра города, окна моей квартиры, выходили прямо на Ландфортскую площадь. Три другие раньше тоже были заняты, но сейчас в доме я жил в гордом одиночестве.

Я поднялся на второй этаж и повернул налево. Открыл большую белую дверь с резной ручкой и очутился в просторной гостиной. В ней были два больших окна, диван справа от входа, а слева стоящие у камина друг напротив друга два кресла. Между окнами стоял стол, заваленный рабочими бумагами. Левее камина была маленькая кухня, а за ней две двери в одна из которых вела в ванную комнату, а вторая вела в спальню. Вот и вся квартира. Кому-то она может показаться маленькой, но мне хватало, мне было в ней уютно. Достал свой походный рюкзак, открыл шкаф и начал собираться.

Кожаные ботинки, кожаные штаны, белая рубаха, кожаный жилет, кожаная куртка, поверх свой маршальский Плащ, тоже чёрный, но с кровавым подбоем. В рюкзак сложил запас продуктов, утварь полезную в походе, запас одежды, кошель со своими сбережениями. К рюкзаку с помощью специальных ремешков, приспособил Арбалет, а на поясе, у правого бедра повесил свой любимый меч. Гладиус, по моему мнению являлся прекрасным оружием. Метровый листовидный клинок, обоюдоострый, которым можно и рубить и колоть, давал в бою огромное пространство манёвра как для атаки, так и для защиты. Простенько и со вкусом.

Если углубляться в мои размышления, так я вообще никогда не понимал, почему многие военные мужи. Те же рыцари к примеру выпендриваются различным нестандартным оружием. Носят всякие полутороручники, и регулярно складывают свои головы на плаху, ведь многие храбрые люди,

считавшие, что они искусны в своём оружии, тем не менее много раз

получали серьёзные раны, а часто и погибали от рук плохо обученных или необученных противников.

Первая и главная причина: отсутствие четырёх правил (1. Первое правило — Оценка (judgment), которая нужна, чтобы определить, когда противник может достать вас, а когда нет; когда вы можете делать это же с ним. А также, чтобы узнать по качеству его Положения, на какие действия в какой момент он способен.

2. Второе правило — Мера (measure). Мера позволяет лучше узнать, как правильно обладать вашим пространством для защиты или для нападения на противника.

3. 4. Третье и четвертое правила — это двойственность мышления при ваших активных действиях. Так, если вы намерены идти вперёд, вы одновременно должны быть готовы отскочить назад при любом действии противника.

), без которых невозможно сражаться безопасно, несмотря на то, что мужу следует тренироваться максимально усердно и прилежно всю жизнь.

Вторая причина: отсутствие знания о должном соблюдении четырёх действий, которые следует называть так:

изогнутое,

истощённое,

ложно истощённое

тянущее назад.

Эти действия выполняет всякий боец, умелый или нет. Но тот, кто замечает их — в безопасности, а тот, кто не замечает, находится под угрозой каждого сильно выполненного против него укола.

Третья причина: отсутствие тренировок в четырёх истинных временах. Неумение отличать истинное время от ложного. Для таких бойцов правильный выбор времён почти всегда — дело случая, и редко — наоборот.

Четвёртая причина: непонимание того, как или в какой манере следует отвечать на переменную стойку. Из-за того что переменная стойка — самая лёгкая из всех, такие бойцы чаще всего отвечают на переменную стойку подобной же, чего делать не следует (за исключением первой дистанции или работе коротким мечом против длинного). Потому что, если один из них (или оба) начнет активные действия против противника, а в нужный момент стиль боя другой стороны изменится, дистанция (по причине недостатка пространства) «сломается» — и оба оказываются на дистанции атаки одновременно. В этом случае тот, кто колет первым, получат преимущество, а ежели оба колют одновременно — оба в опасности. И только благодаря истинным временам, смене стойки, удачному стечению обстоятельств, таких ситуаций иногда удаётся избежать.