Для того, чтобы начать, Владимир обратился ко мне с просьбой заготовить каждому нелетальное вооружение, а по простому — нужны были посохи, которые бы имитировали копья. Чем я и занялся, взяв за основу длинные и увесистые жерди, добытые из последней поставки древесины, а в качестве навершия использовал мешочек из ткани, набитый землей, привязанной веревкой к одному концу посоха.

Пока я занимался привычным для себя делом, Владимир завел шарманку, которую он гордо именовал «инструктажем».

— Итак, бойцы, слушайте меня внимательно! — Зычно, словно полковник в отставке, начал он муштровать выстроившийся по росту народ. Самым высоким оказался Микаэл, а самой мелкой, вполне ожидаемо, была Лиза, остальные болтались в серединке. — Самое важное в укреплении своих тел и навыков — это разминка! Поэтому, повторяй за мной, на раз-два, пригото-о-о-овьсь!

Мне было даже немного жаль, что я вместо коллективной разминки занимаюсь сейчас рукоделием. С другой стороны, это отличный шанс посмотреть на единство и сплоченность, которые, без сомнений, должны на доли процента, но подрасти.

Вначале люди воспринимали физкультуру как развлечение, и в целом, педагогические навыки Владимира так ее и преподнесли — мол, гляньте, легко и весело, чего б не подвигаться, мышцы не укрепить? Но чем сильнее народ втягивался и выкладывался, тем сложнее он ставил задачу. На первых порах это были обычные махи руками, ножницы, локотки, затем включились ноги и корпус, а под конец уже и вовсе был полноценный, злобный и хардкорный бёрпи, с прыжками, хлопками и отжиманиями.

Но эффект проявился. Разгоряченные, получившие заряд активности люди, до этого перешептывающиеся и хихикающие над ситуацией, сейчас были в основном собранными и сосредоточенными. Тогда-то я и отдал сделанные мною двенадцать посохов. Быстро, не слишком аккуратно, но и растягивать разминку было чревато потерей интереса.

В глубине души я верил, что идея Владимира воспринимается не как развлечение для изнывающих вечерами людей от массы свободного времени, которое они тратили в основном на беседы о «погоде», а как инвестиция в их собственные возможности.

Так случилось, что многие здесь вообще не имели боевого опыта. Никакого. Не знали даже, с какой стороны меч держать, это если утрированно. Но на текущий момент все так или иначе его получили. Женя была некоторое время в составе нашей группы сразу после инициации, и ей приходилось бороться. Да и в последней вылазке с Катей во главе она этот самый опыт получила. По крайней мере моральный, от осознания того, что врагов нужно убивать.

Егор тоже. До сей поры он был невольником, но только в последнем выходе смог не только использовать свой навык для поддержки группы, но еще и сам попробовал кровь на вкус. Микаэль был воином и прошел несколько стычек, пока его не поймали, но и сам он, по характеру, был бойцом без страха. Неумелым — факт, но это поправимо, и именно этого желал добиться Владимир.

Ира неплохо стреляла, но у любого бойца есть почти безграничный простор для самосовершенствования. Как по горизонтали, осваивая новые способы и техники, так и по вертикали, оттачивая мастерство в чем-то одном. Все как в нашей прошлой, привычной жизни, очень похоже на карьерный рост. Разве что крови поменьше.

Об остальных я не слишком беспокоился. Борис знатный вояка, прошедший не один десяток различных столкновений, и научившийся адаптироваться к почти любой ситуации. Ему-то такая физкультура больше всех на пользу пойдет, а вот в бою он многим и сам даст фору. Варя отдельный случай — ей, конечно, не помешало бы уметь орудовать оружием или хотя бы понимать, как действовать, если враг возник прямо перед ней, но главная ее сила все же не в оружии, а в волшебстве, в котором она хорошо освоилась. А Катя и вовсе возглавляет отряд тех, кто осознанно идет сражаться. Уж за кого-кого, а за нее вообще думать не стоит.

Единственной, кто все-таки позанималась физкультурой, но отказалась от спаррингов, была Каролина Терентьевна.

— Бросьте, мальчишки-девчонки, ну куда мне, старухе. Ну убьют меня, и дело с концом, а уж с копьем я прыгать точно не смогу. У меня колени, спина, зрение ни к черту. Эти ироды, кто нас сюда поместил, забрали у меня очки, так что все, что мне остается — это готовить еду да присматривать за бытом, чтобы все были в тепле и накормлены.

— Я тоже пас. — Отказалась Виолетта, и если вначале мне показалось, что она все-таки примет участие, то после заявления Кары тоже решилась отложить тупое копье. — Не думаю, что когда-то смогу сражаться за свою жизнь, не тратьте на меня силы и время.

Владимир, молчаливо слушавший причитания о нелегкой судьбе, хмурился, не встречаясь взглядами со сдавшимися женщинами. Смотрел куда-то на их колени. Но мне, стоящему сбоку, было прекрасно видно, как яростно он скалится исподлобья, пряча эту кошмарную улыбку от взоров людей напротив.

Стоило Виолетте закончить и потянуться к столбу, дабы прислонить к нему выданное мной копье, бывший кинолог в один миг оказался возле девушки, с мечом наголо, появившимся у него в руках моментально! Острие застыло в нескольких сандиметрах от лица девушки, и по толпе прошелся удивленный и шокированный вздох.