Сергей, глянув на часы, смолчал — минуло двадцать семь минут.

Через час дядя объявился, держа в руках какую-то штуковину в газете.

— Не достал шампанского, — с ходу доложил Иваныч, задыхаясь. — Но зато! — и жестом фокусника развернул газету. — Виноградный спирт!

У Сергея заныло в переносице. Пересилив боль, он слабо выдавил:

— А сдача?

— Так то же самое! — радостно блеснул глазами дядя. — Здесь же больше градусов!

Комментарии были излишни. Удовольствие оплачено заранее, деваться некуда, да и добытчик уже успел разлить в стаканы.

Палило солнце. Теплый спирт подействовал мгновенно. По щекам Сергея заструился пот, глаза застлал туман, губы растянулись в бессмысленной улыбке.

— Ну вот! — отметил дядя. — Совсем другое дело!

Сергей кивнул. Вдали искрилось море, белели паруса, на горизонте дрейфовал большой корабль.

«Наверное, военный», — решил Сергей и вяло подивился ходу своих мыслей. Ни разу прежде подобные предположения у него не возникали.

Вспомнились вчерашние события. По возвращении домой ребята обсудили ночное происшествие. Вова полагал, что в кустах расположилась парочка, которую они спугнули. По поводу своей игры приятель утверждал, что это наилучший способ охмурить девчонок. Безобидный розыгрыш, по мнению Володи, сулил заманчивые перспективы. Слушая товарища, Сергей кивал и молча соглашался. Сам же думал, что хорошо бы было, если бы и в самом деле все обстояло так, как говорил Володя. Применив логические навыки и дедуктивный метод, Сергей скумекал себе так: не парочка резвилась за кустами, а сидели там голубчики-«динамовцы», скрытно наблюдая за Иванычем. Подобная настырность пожарной агентуры ставила в тупик. Получалось, что

Иваныч, даже в пьяном виде, представляет некую угрозу пожарной безопасности...

— Кстати! — встрепенулся Воза. — Иваныч, а ты печь купил?

Дядя грустно усмехнулся.

— Не вышло... Пока. Да ты не бойся, я про деньги помню. Или, может, ты пугливый?

Володя, кисло улыбнувшись, не ответил.

— А, может, ты решил, что я их не отдам? — продолжал накручивать пружину дядя. — Может, ты меня теперь в тюрьму посадишь, а? Ну-ка признавайся!

Вова был уже и сам не рад своему неосторожному вопросу.

— Да я же ничего, — оправдывался он. — Хотелось просто посмотреть...

— Посмотре-етъ, — передразнил Иваныч, остывая. — Посмотришь. Когда дядя Сережа разрешит. Верно говорю?! — И обрушил пятерню на плечо Сергея.

— Верно, верно, — отодвинулся Сергей и неожиданно спросил: — Слушай, а почему у вас тут все боятся какого-то пожара?

Иваныч, глянув исподлобья, пробурчал:

— Кто боится?

— Ну, вообще... Мы вот в магазине слышали. Да и на пляже.

— А шут их знает, — бормотнул Иваныч. — Да чего ты привязался?! Пей!

Ребята выпили.

— А все-таки, — продолжал Сергей. — Вот скажи, что производят на заводе?

— Как что? Шампанское.

— Ха! А почему ж ты не принес?

— Да не вышло! Сосед мой там работает, но сегодня в ночь. Ночью принесу!

— Ночью нам не надо, — встрял Володя. — Нам сейчас...

— Погоди, — перебил Сергей. — А в магазине? Почему там нет шампанского?

— Да ты что? — удивился дядя. — Его ж на экспорт гонят!

— На экспорт, — ухмыляясь, повторил Сергей. — И куда же, если нс секрет?

— А я откуда знаю? Мне не докладывают.

— Ну а сам-то ты хоть раз его попробовал?

— Я?! Сколько угодно!

Глядя на физиономию Иваныча, было невозможно угадать — говорит ли дядя правду или искусно притворяется. Несомненным было то, что завод шампанских вин является единственным в поселке объектом производства. Отсутствие на магазинных полках конечного продукта подтверждало подозрения Сергея, что заводик непростой. С другой же стороны, для отвода глаз небольшую партию шампанского могли и в самом деле выпускать. И если дядя отхлебнул из этой партии, то и под пыткой будет повторять официальную легенду. Да-а... Хитро задумано — не подкопаешься.

— А скажи, Иваныч, — произнес Сергей, решив зайти с другого боку. — Правду говорят, что в поселке нет воды?

— Брешут, — уверенно изрек Иваныч. — Есть вода.

— А зачем же брешут?

— Да бардак! Трубы проржавели, насосы не работают, а исправить некому! Безобразие! Два раза в сутки воду подключают, а люди мучаются!..

Иваныч возмущался искренне, но в то же время была в его словах какая-то наигранность. Создавалось впечатление, что дядя понимает истинную подоплеку разговора, но, боясь услышать лобовой вопрос, изображает простака. Так сказать, заранее пытается уверить собеседников в своей наивности. Зачем?

Сергей с надеждою взглянул на Вову. Лобовой вопрос на ум не приходил, а друг уже давно пытался что-то высказать.

— Сергей Иванович, — начал Вова уважительно. А скажи, пожалуйста, почему на пляже все девчонки в неес... ик! .стествниных купальниках?

Иваныч, косо глянув, усмехнулся:

— А тебе бы как хотелось? Чтоб совсем без ничего?

— И-ик! — содрогнулся Вова. — Я не то! Пусть носят, нет проблем. Но почему закрытые?

— Да что вы от меня хотите?! — возмутился дядя. — Я, что ли, их одеваю? Почем мне знать? Может, они ожогов опасаются!