— Ну если только Милку сохранил. — недоверчиво поглядела на притихшего деда знахарка. Потом вздохнула и показала кулак Василию. — Гляди у меня, опять за рюмку схватишься, а тебя с того света достану. Чтоб девок моих не обижал, старый пропойца.

— Да завязал он, правда — продолжала защищать Василия сновидица. — Честное пречестное, да и некогда ему, правда дед?

— У нас план горит, надо до конца месяца еще видосов накидать, и донаторов подтянуть, а вы пропойца, алкоголик. Я может только жизнь новую начал, человеком себя почувствовал нужным — прокомментировал больной с веником на спине.

— Лежи уже человек. Оставляй его Лизавета до завтра у меня. Сам проснется, как время придёт. Про книжку опять забыла? Сама уже могла бы людей лечить, если б не ленилась.

— Я все помню. Вот сейчас Лексей Боровичу поможем и буду опять рецепты учить.

— Добралась до старого? Спит поди в пне своем проклятом? Говорила ему, выкинь трухлю, а он вцепился, пока чернота не завелась. Ну этот разговор не для чужих ушей, завтра заходи все расскажешь по порядку. А ты там не шевелись, растопырил уши волосатые, сказано было лежать, вот и лежи.

— Дык, я вроде и не чужой. — прошептал дед.

— Не чужой. — Подтвердила в очередной раз вступившись за него Лиза. Мне дед Василь позарез как нужен в этом деле. Милкино молоко надо, а она меня к титькам подпускать отказывается. А там дерево погибает, сама ж знаешь.

— Не оставил эту затею лесовик. Ну если так доверяешь, то конечно, дело твое. Осторожней надо с людьми, у кого рот не закрывается — опять зыркнула на Василия бабка.

— Да говорю, завязал. Сколько можно повторять то. Ты Лизка хоть ее убеди, неверующую.

Лиза только рукой махнула, похоже старые друзья могли препираться всю оставшуюся ночь. И не надоест же им. Села на лавку и рассказала все по порядку. Про лес загаженный рядом с деревней, про спящего лешего, про кошмар, что в пне поселился. Елочки новорожденные описала и мертвый дуб. Только про козлят забыла, но они к делу не относились.

— Вот оно как. Лешего то в наших краях давненько никто не видел. Я уж думал бают все. В детстве мы без краюхи хлеба и на опушку не ходили, а сейчас кому надо помнить, стариков и не осталось совсем. — задумчиво из-под веника прогундел дед Василь. — Надо помочь лесу. С Виталей поговорю. Он башковитый у нас, а ты Лиза законника подтяни, глядишь акт какой найдет о недопущении гадить в общественных местах.

— Так то в общественных, а тут просто лес. — грустно ответила Лиза, был бы заповедник, тогда другое дело.

— Вот и поговори. — наседал тот — Как-то энти твои заповедники оформляются, не сами ж они как грибы растут, а мы поможем. Давай уже Маланья, снимай свой шалаш, полегчало мне, надо дела делать, некогда разлеживаться.

— Лежи уже, развоевался. Сколько ждали, еще денек подождут. Ты Лизавета сходи, да скажи, чтоб до завтрева подождал Лексей. Дояра его на ноги ставить будем. Милка то где, ни разу и не заглянула к прежней хозяйке. Волю почуяла?

— Летает где-то. Она теперь дама свободная, прилетит, когда нагуляется.

— Ну вот и славненько. Нечего рассиживаться. Мне делами заниматься, тебе лежать не дергаться, а тебе внучка вставать пора, утро скоро. Не буди пока этого прыгуна, пусть подремлет мальца наяву то.

Лиза открыла глаза. Она не успела забежать к ожидавшему лешему, даже Милку домой не позвала, как баба Мила ее в явь выгнала. Прислушалась к тихому дыханию деда на печи, посмотрела в окно. Ночная темнота еще не спешила растворяться в предрассветном небе. Можно еще немного поспать и доделать сонные дела свои. Устроившись, поудобнее начала проваливаться в сон.

Опять спальня с королевским ложем для химеры. Милка летала где-то на пределе чувствительности Лизаветы. Только направление к этой далекой звездочки могла ощущать.

— Милка — шепотом позвала свою гулящую козу Лиза. Звездочка стала приближаться, в груди отозвалась волна тепла и умиротворения. Как родной человек по сердцу погладил.

Лиза еще раз оглядела терем, завидуя самой себе черной завистью. Печь за время их отсутствия начала обрастать изразцами белыми с зелеными козами и воронами, а рядом с массивным столом появились деревянные кресла с мягкими подушками на сиденьях.

Вышла на крыльцо, окинула взглядом свой подросший двор и резко развернувшись побежала на кухню. Мысль была проста и логична. Если дома в холодильнике всегда есть молоко от козы, то в сонном доме оно тоже должно быть! Дом целиком перенесся в сон. Значит и доить пока никого не надо.

Кухня пока ничем не отличалась от оригинала и сунув нос в холодильник, Лиза с облегчением вытащила литр белого, холодного молока в стеклянной банке.

— Ну вот и проведем эксперимент. Так сказать в полевых условиях.