— Если мы сможем запустить независимое расследование через Министерство Двора, мы собьем Зарену прицел. А там, глядишь, и до Лыткина доберемся.

Он подошел ближе, положил руку мне на плечо.

— Я обещаю тебе, Алексей: Тайная Канцелярия поможет. Чем сможет. Ты сделал то, что должен был сделать. Ты спас Архив. А может, и весь город. Мы этого не забудем.

— Спасибо, — сказал я.

— Скажи, — уголки губ Строганова чуть дрогнули в улыбке. — А может быть у тебя на Зарена что-то есть?

— Что вы имеете ввиду? — осторожно спросил я.

— Ну может быть, ты что-то видел, может быть, имеешь какие-то документы, которые бы могли поставить Зарена в очень неудобное положение? Ну как те фотографии с Лыткиным, которые тебе Бергер скинул. Понимаешь о чем я?

Я понимал. Нужен компромат на Зарена. Теперь понятна причина, по котором ко мне пришел целый глава Тайной Канцелярии. Им нужен вовсе не я. И помогать они мне тоже едва ли собираются. Только прикрываются этим поводом. Им нужен крючок. Крючок, на который они хотят посадить Зарена.

— Нет, у меня ничего на него нет, что вам бы подошло.

— Ну что ж, — вздохнул Строганов. — Ничего страшного. Но ты бдительности не теряй. Если вдруг все же что-то появится — немедленно свяжись с Бергером.

— Хорошо. Спасибо, — кисло ответил я.

Не за что. — Строганов развернулся к Бергеру. — Связь держи через него. Если будут новости — сразу мне. А ты, — он снова посмотрел на меня, — лежи и не отдыхай. Твое дело — выздоравливать. Наше — разбираться с бюрократами.

Он направился к двери, но на пороге остановился.

— И вот еще что, Алексей. — Голос его стал жестче. — Никому не рассказывай о том, что видел. Чем меньше людей знают правду, тем меньше ее можно использовать против тебя. Ясно?

— Ясно, — кивнул я.

— Вот и отлично. Выздоравливай.

Дверь за ними закрылась. Я остался один.

— Ну? — коротко бросил Строганов, когда они отошли достаточно далеко от палаты. — Что скажешь?

Бергер помолчал, собираясь с мыслями.

— Парень интересный, — ответил он. — Говорит уверенно, в глаза смотрит, не юлит. Либо говорит правду, либо врет так профессионально, что я ему почти верю.

— Врет, — усмехнулся Строганов, останавливаясь у окна. — Не во всем, но врет. Чувствуется. Но дело не в этом. Дело в том, что он оказался в эпицентре событий, которые нас очень интересуют.

— Вы думаете, он связан с Зареном?

— Не знаю. — Строганов покачал головой. — Может, да, может, нет. Темная лошадка. Но если он не с Зареном, то он наш лучший шанс до него добраться. Ты будешь продолжать с ним работать. Втирайся в доверие, выясняй, что он знает, что скрывает, с кем связан. Если через него удастся выйти на Зарена и добыть на него компромат — считай, мы выиграли.

— А если он сам по себе? — осторожно спросил Бергер. — Если он действительно тот, за кого себя выдает? Простой парень, который вляпался в историю?

— Таких не бывает, — отрезал Строганов. — В нашем мире, Бергер, простые парни не выживают.

Он помолчал, глядя в окно на серое питерское небо.

— Но есть еще один момент, — добавил он тише. — Его идея про смену руководства Архива. Он хочет поставить своего человека. Лояльного себе. — Строганов усмехнулся. — Это, конечно, мило, но нам такое не нужно. Мы не для того работаем, чтобы какой-то архивариус получил власть над стратегическим объектом.

— Что предлагаете?

Строганов повернулся к нему. В его глазах блеснул холодный, расчетливый огонек.

— Мы поставим своего человека. Лояльного Тайной канцелярии. Кого-то, кто будет докладывать нам, а не Зарену. Архив — слишком важное место, чтобы оставлять его в руках случайных людей.

— Есть кандидатуры?

— Подумаем. — Строганов поправил пиджак. — А ты пока работай с Николаевым. Пусть думает, что мы на его стороне. Чем больше он нам доверится, тем больше мы узнаем. И когда придет время — используем эту информацию.

Бергер кивнул.

— Понял.

— И вот еще что. — Строганов понизил голос. — Если поймешь, что он начинает догадываться о наших истинных намерениях… ты знаешь, что делать.

— Знаю.

Строганов кивнул и зашагал к выходу.

Зал Императорского Совета тонул в полумраке. Тяжелые бархатные портьеры были задернуты, и только несколько магических светильников под потолком разгоняли тьму, выхватывая из нее лица тех, кто вершил судьбы империи.