Да, её Повелитель, был слишком велик, чтобы знать каждого Охотника, и даже Великого Охотника, в лицо.

— Его репутация, господин! Репутация Сандра!

— Да что с этой репутацией, и что с этим Охотником?! — заорал Дьявол, выходя из себя.

— Она порешала… — чуть слышно сказала Ламия.

И еле успела раствориться в воздухе, прежде чем огромная когтистая лапа разодрала бы ей голову.

— Злишься? — раздался женский голосок, который залился мягким переливчатым смехом.

Дьявол в ярости обернулся и увидел, что к нему пожаловала высокая гостья.

— Что тебе надо, Предвечная? — без всякого пиетета заявил Владыка Инферно. У себя дома он был практически неуязвим.

— Я слышала часть твоего разговора. Похоже, у тебя большие проблемы, но я могу помочь их решить.

— Что? Да что ты знаешь о проблемах? Никакие проблемы не могут заставить меня, Повелителя Инферно, сделать что-то против своей воли!

— А кто говорит, что против своей воли? Я всего лишь хочу тебе дать то, что ты хотел: бесчисленное количество человеческих душ, дабы ты смог насытить себя и свою паству.

— А что нужно взамен? — тут же настроился на рабочий лад Повелитель Инферно.

— А ничего. Считай, это просто акт доброй воли. Более того, я сделаю тебе подарок. Я знаю, что у тебя сейчас четверка генералов находятся, как это правильно сказать, в отрубе. Так вот, я поделюсь с тобой энергией для их восстановления.

— Единственное маленькое условие… — улыбнулась Предвечная. — Перед тем, как положить к твоим ногам всю Многомерную Вселенную и всех живых существ, живущих в ней, я прошу тебя уничтожить один Запретный Мир. Более того, у тебя будут помощники.

— Что? — Дьявол, кажется, немного охренел, ничего не понимая.

Предвечная, заметив это, глубоко вздохнула, как будто учитель собирался с духом, дабы заново повторить правило нерадивому ученику.

— Так, ладно. Это будет долго. Слушай сюда, Повелитель Инферно…

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака! — рядом со мной проявился Шнырька.

Если по интонации его голоса и содержанию его фразы можно было ещё ошибиться, что у малого плохое настроение, то огромное ведро мороженого, больше по размеру, чем сам шнарк, не оставляло в этом никаких сомнений.

Шнырька был не в духе, и сильно не в духе.

— Шо там? — лениво поинтересовался я, отрываясь от компьютера.

В отсутствие Ани и в отсутствие прямой угрозы я начал медленно превращаться в одну из тех канцелярских крыс, которых ненавидел всеми фибрами своей души. Но делать было нечего: Род должен был продолжать свое существование, а Кодекс всё ещё отказывался провести безлимитный интернет в Первую Крепость Охотников, где сейчас находилась моя жена.

— Ш-ш-шеницца н-н-нада, — сказал мелкий, достав огромную ложку, больше напоминающую половник, затем зачерпнул из ведёрка мороженого, секунду задумался и отправил её в рот.

Удивительное дело, до сих пор не понимаю, как в него влезают такие порции.

— Кому надо? — уточнил я на всякий случай, хотя уже понимал, о чём идёт речь.

— Мне н-н-нада… — всё также мрачно ответил Шнырька и отправил в рот вторую ложку.

— Ну так женись, — пожал плечами я. — Или ты не хочешь?

— Я хощ-щ-щу…

В глазах у мелкого появилась невиданная для шнарков задумчивость и грусть. Обычно он не забивал себе голову дурными мыслями, а действовал исходя из текущей ситуации. Возможно, именно из-за этого мы с ним так хорошо ладили. Я тоже всегда действовал по плану: «Война план покажет».

— Так в чём проблема? Королева не хочет?

— Она тош-ш-ше хощ-щ-щет, — сказал мелкий и тяжело вздохнул, снова отправляя в рот ещё одну ложку мороженого.

— Кстати, я так и не понял. У неё имя-то есть? Она его вспомнила?

— Вш-ш-шпомнила, — буркнул Шнырька и быстренько огляделся. — Но только никому, это ш-ш-шекрет!

— В смысле, секрет? — удивился я.

— Не тупи, Ш-ш-шандр, — посмотрел на меня Шнырька, как на маленького ребёнка. — У нас, ш-ш-шнарков, имя — ощ-щ-щень интимная вещь, которую мы не доверяем кому попало.

— А, о! — удивился я. — Ну, хорошо, никому. Так как зовут?

— Ш-ш-шуша, — ответил он.

— Прям Шуша? — уточнил я.

— Ну да, — насторожился мелкий. — А ш-ш-што не так?

— Да не, всё так. Хорошее имя, — похвалил я. — Так что там, Шуша? В чём проблема, если ты хочешь, и Шуша хочет?

— Я недош-ш-штоин…

Шнырька вздохнул ещё раз, и этот вздох выдался ещё более горестным.

— В смысле, недостоин? — искренне удивился я. — Ты же Шнырька, сильнейший из шнарков. Как ты можешь быть недостоин?