– Сережа, спой еще, – попросили наши девчонки.

– Спой еще, – послышались голоса от других отрядов.

– Пусть лучше станцует, – всех перекрыл мужской голос из толпы.

Вглядываюсь в толпу, пытаясь высмотреть «шутника». «Бесполезно», – понимаю. Костер освещает только первый ряд, состоящий, как правило, из девчонок. Остальные скрываются в темноте.

«Похоже, кто-то принес с собой спиртное и усугубил. А сейчас потянуло на подвиги и нарывается. Не буду сейчас устраивать разборок на глазах у всех», – принимаю решение, слыша, как поднимается шум возмущения.

Снова беру гитару и сообщаю:

– Я знаю еще несколько туристических и походных песен, но предлагаю их оставить на другие наши вечера. А сейчас спою по многочисленным просьбам песни другой тематики. Если, конечно, руководство не будет против, – вглядываюсь в группу взрослых.

– Да, да, давай, – послышались голоса.

– Руководство не против, – отвечают.

Пою «Коня», «Седую ночь», «Таня» и «Кукушку» (Цоя).

Песен еще не написанных сколько

Скажи кукушка пропой

В городе мне жить или на выселках

Камнем лежать или гореть звездой, звездой

Солнце мое взгляни на меня

Моя ладонь превратилась в кулак

И если есть порох дай огня вот так …

– Может еще кто хочет спеть? – спрашиваю окружающих.

Обращаю внимание, что основная масса народа сместилась к месту нашей команды. Кого-то начинают уговаривать.

– Сереженька, продолжай ты, – предлагает женский голос.

Вокруг засмеялись. Послышались шутки. Делать нечего, пою: «Ребята с нашего двора» и «Белые розы».

Откладываю гитару и предлагаю:

– А теперь я могу станцевать. Где там любитель танцев? Покажись!

Какая-то заминка в том месте откуда мне кричали.

– Он больше не будет, – отвечает другой мужской голос.

Когда расходились после костра ко мне подошла девчонка из другой команды, знакомая мне по пионерскому лагерю.

– С тобой хочет познакомиться одна девочка, – озадачивает.

– Давай как нибудь в другой раз, – предлагаю. «А что мне еще ответить?» -мысленно раздражаюсь.

Тут и Танька под боком нарисовалась. Незаметно от всех переместились в темноту. Обошли палатки и углубились в лес. Только начали целоваться, как рядом послышались голоса.

– Никакой личной жизни, – заявляю со смехом. – Тут, чтобы уединиться надо километр по ночному лесу пройти и то, может мало оказаться, – слышу треск сучьев с другой стороны.

Со смехом вернулись к нашим палаткам.

Перед сном с ребятами втихаря высосали одну банку кофе со сгущенным молоком, сделав две дырки. (Зря, что-ли неделю таскаем за плечами!)

«Вкусно! Никогда такого не пробовал», – мысленно отмечаю.

На следующий день после завтрака проводились соревнования по спортивному ориентированию. От команды должны бежать по четыре человека. Михалыч по каким-то своим критериям отобрал меня с Конкиным, Маринку Любимову и Ленку Захарченко. Перед стартом напомнили правила. Ничего нового, обычное движение по азимуту. Сколько я километров отмахал в училище на военной топографии? Потом в армии сам учил своих разведчиков.

Получили номера, картонки со схемой и компасом, в белым пластмассовом корпусе. «На схеме даже ориентиры возле контрольных точек нарисованы», – упростили для школьников догадываюсь.

Разбежались после старта по своим маршрутам. Первую и вторую контрольные точки прошел легко. А вот с третьей возникли проблемы. Место, где она находилась было в смешанном лесу. Видимость – менее тридцати метров. Стою, недоумеваю:

– Где-то здесь должна быть. Я не мог ошибиться!

Прислушался. Где-то недалеко разговаривают. Бегу и в пятидесяти метрах нахожу контролера. Отмечаю время и бегу дальше. Замечаю, что за мной держится какая-то девчонка. Видимо бегает хорошо, а ориентируется неважно. Четвертая точка находится в нескольких сотнях метров от пионерского лагеря. Так и финишируем с девчонкой.

«Интересно, она все точки прошла?» – задумываюсь. То, что ее не волновал порядок прохождения контрольных точек, понял давно.

На финише беснуется толпа болельщиков. Наши поздравляют меня. Из нашей команды я финишировал первым. Сам удивился, что пробежал по пересеченной местности около семи километров и не устал.

Какая-то девчонка сунула букетик цветов. Чуть не выкинул. Смотрю на цветы и не пойму: «Зачем они?». Только спустя некоторое время сообразил: «Мне оказали знак внимания. А я даже лицо девчонки не запомнил!»