— Не заживает… — казалось, фей испытывает физическую боль, смотря на рваные лоскуты кожи. Нет. Не из-за того, что это некрасиво, а потому что он знает причину их возникновения.

— Кинжал был пропитан ядом, что останавливает регенерацию. Он никогда не заживет, — я прикоснулась пальцами к руке Маина и ободряюще улыбнулась, пытаясь успокоить его. Или себя?

Я до сих пор помню тот страшный день…

В самых кошмарных снах мне все еще является тонкий, серебряный кинжал и ее безумные глаза…

Нет. Я не хочу об этом вспоминать. Не хочу!

“Мерзкая дрянь! Это ты во всем виновата! Черная! Черная душа должна умереть! Проклятая темная тварь! Ты все испортила! Умри же!” — с пеной у рта кричала женщина, пытаясь зарезать собственного ребенка.

Нет! Не надо! Хватит!

— Времени не так много, — вырвал меня из воспоминаний бархатный голос директора салона. — Сделаю косичку, как и всегда?

— Угу, — буркнула я, смотря на свое отражение в зеркале.

Из года в год я задавала себе только один вопрос: почему? Почему они меня не любили? Что я сделала не так?

Как бы я хотела родиться не темным магом! Не феей с “черной душой”, а кем-нибудь другим! Хоть вообще без дара! Лишь бы меня любили…

Но прошло больше ста лет с того момента. Я понимаю, что проблема была вовсе не во мне, а в моих родителях. Я выросла, дожила до своих 183 лет, но ничего не забыла. Я все помню… Помню всю ту боль… Время не лечит…

***

— Где мой любимый мастер маникюра? — из общего зала раздался радостный женский голосок, который я узнаю из тысячи. Судя по всему, кое-кто только что удачно опустошил пару магазинов одежды и половину своего кошелька заодно. — Э-э-эли-и-ис! Дорогуша-а-а! — впорхнула в мой кабинет, словно бабочка на цветок, мачеха, с легкостью отдавая пакеты помощникам.

— И я рада вас видеть, — улыбнулась я девушке и встала с места, чтобы обнять ее. — Что будем делать на этот раз?

Фея хитро посмотрела на меня, а ее алые губы расплылись в сногсшибательной улыбке, не предвещая мне ничего хорошего.

— Золотые чешуйки. Как у драконов, — ох, твою ж…

Я улыбнулась женщине так же, как и любому другому своему клиенту и закрыла дверь, вежливо сказав: "Присаживайтесь," — а сама понимала, что мне хана! Снова будет лезть ко мне с расспросами!

В салоне никто (кроме Маина) не знает о том, что прекрасная светская львица, которая так часто нас посещает, является моей мачехой. И я не хочу, чтоб об этом кто-нибудь узнал! Поэтому мы с ней шифруемся, изображая лишь потребителя и персонал, обслуживающий его. Благо уютный вип-кабинет, в котором я работаю, не выпускает за свои стены ни единого звука.

— Ну? Как у вас дела? — предвкушающе взглянула на меня Арис, схватив за руки. — Было что-нибудь?

— Арис! — возмутилась я, тут же покраснев. — Нет, конечно же!

— Эх, жаль… Такой мужик пропадает! Пьет только, но мы это исправим! — эта неугомонная леди соизволила наконец спокойно сесть на свое место и дала мне приступить к работе. Но к сожалению, мне это только показалось. — Колечко никак не снимается?

— Арис, я не хочу об этом говорить. И надеюсь, что, когда я приду домой, он снимет с меня это безобразие, и мы с ним больше никогда не встретимся, — прошипела я, обрабатывая кутикулу на пальцах, а девушка подняла мой подбородок, заглядывая в глаза.

— О! У тебя клыки прорезались! — усмехнулась она, а я округлила глаза. — Венки-то как набухли! Ух! Красота! А я думала, что не дождусь! Как завелась-то при упоминании дракоши!

— Арис! — натурально рыкнула я, а потом ойкнула и зажала рот ладонью. — Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Сегодня весь день такое происходит.

— Кольцо магическое. Это оно на тебя так влияет, — улыбнулась Арис, протягивая мне руку. — Училась бы ты в академии, знала бы, — и в ее голосе тут же прорезались серьезные нотки: — Еще не поздно, Элис. Задумайся. Может…

— Нет. Мне и здесь хорошо. Ни дай бог отец узнает о подобном. Он и тебе со мной видеться запрещает, а если выяснит, что я посещаю академию… — я встряхнула плечами и крыльями, пытаясь выгнать плохие мысли из головы. — Не понимаю, что такая хорошая девушка, как ты, нашла в этом тиране? — чуть тише произнесла я, словно боялась, что ОН услышит.

— Деньги, Элис. Только деньги… — грустно выдохнула Арис, рассматривая свои ногти. — Хочешь жить — умей вертеться. Ты девочка большая. Поймешь меня. Я просто стараюсь угодить ему, чтобы жить, не зная проблем. Наслаждаюсь тем, что нежусь под лучами высшего общества и помогаю своей семье. Только из-за этого я с ним. Но Фаин не любит меня… Принимает лишь за красивую куклу, которой можно похвастаться. Впрочем, я не против.

Арис тяжело вздохнула и уткнулась в телефон, думая о чем-то своем. Это была ее больная мозоль. Она много раз говорила, что ей самой противно жить с энлидом, которого она не любит, но ничего поделать не может. Любовь можно искать долгие годы, десятилетия, века, но деньги нужны сейчас. Деньги. Деньги. Деньги. Они нужны нам всем больше, чем истинная пара.

Но молчание продлилось недолго. Арис была настоящей леди и ловко управляла своими эмоциями. Поэтому пелена грусти быстро сошла с ее лица, уступая место привычной улыбке.