— А я не шучу, — теперь уже совершенно серьезно ответил Штефан. — Все гораздо серьезнее, чем вам кажется. И вы должны как можно быстрее это усвоить. Для вашей же пользы. И безопасности.

Денис почувствовал, что да, действительно, теперь не до шуток.

Самолет между тем совершил посадку на зеленое поле, долго рулил и, наконец, замер, выключив двигатели. Экипаж из кабины не вышел, как можно было ожидать. Пилоты так и остались сидеть в своих креслах. Забавно и загадочно.

А Штефан шустро открыл дверцу и пригласил на выход. Денис и Ольга не заставили себя упрашивать, попрыгали на траву.

— Подождем немного, — сказал Штефан. — Сейчас авто будет.

И машина приехала. Не легковая, как они ожидали, а грузовичок с будкой без окошек. На будке имелась какая-то надпись на французском, и Денис не смог ее прочесть. Помогла Ольга.

— «Булочные Фуше», — сказала она. — Хлебовозка, значит. А мы с тобой в роли круассанов.

Что такое круассаны, Денис не знал, но почти такие же машины с надписью «Хлеб» разъезжали по Москве. И сейчас вид мирного грузовичка почему-то успокаивал.

— Карета подана! — сказал Штефан, открывая дверку на левом борту грузовой коробки.

Перед тем как лезть внутрь, Денис огляделся. Аэродромные строения были расположены далеко от места стоянки «Бреге». Понятно, почему после посадки они так долго рулили. Все та же секретность. И окошек в будке нет по той же причине. Снаружи не видно, что за груз, и пассажиры не знают, куда их везут.

Внутри было темно. Прежде чем дверь закрылась, Денис успел рассмотреть лавочку у борта и устремился к ней, потянув Ольгу за руку. Они сели, прижавшись друг к другу. Машина тронулась и затряслась, как припадочная.

— Рессоры ни к черту! — почти прокричал пилот, потому что громыхала эта таратайка изрядно. — Не прикуси язык…

Ольга поняла и молчала долго. Потом радостно вскрикнула:

— Тулуза! Мы в Тулузе!

Название это Денису было неизвестно. О географии Франции он почти ничего не знал, не пришлось как-то изучать. Он только спросил:

— И как ты это определила?

— Тут маленькая дырочка есть, через нее и разглядела надпись, когда мы в город въезжали.

Грузовичок и впрямь пошел плавнее, но громыхал все так же немилосердно. И не подскакивал то и дело, а мелко трясся. «Булыжная мостовая!» — догадался Денис.

Ехали они примерно час. Притормозили, за стенкой послышались голоса.

— Пропуск спрашивают, — перевела Ольга.

Видимо, пропуск имелся, потому что через пару минут они двинулись дальше.

— Я еще одно название прочла, — сказала девушка. — Монтобан.

Но и в этом населенном пункте они не остановились. Ехали еще с полчаса, до очередной проверки пропуска и, наконец, добрались до места назначения. Кажется.

Но нет, точно. Дверца распахнулась, и веселый голос Штефана оповестил:

— Станция Дерезай! Кому надо — вылезай!

Нет, он точно русский. Какому иностранцу придет в голову эта замшелая присказка?

Они кое-как, покряхтывая, выползли из ставшей ненавистной коробки. Машина стояла посреди соснового леса. Солнце стояло еще высоко, и лучи его пробивались сквозь кроны деревьев. Земля была усыпана желтыми иголками, и казалось, что они действительно приехали в дремучий лес.

Но нет. Среди деревьев стояло несколько симпатичных одноэтажных домиков.

— Вот это и есть наш центр, — сказал Штефан. — Здесь вы будете какое-то время жить и учиться. Никаких увольнительных не предусмотрено. Даже не мечтайте. Тем более что вы и понятия не имеете, где находитесь.

Денис и Ольга сдержали улыбки. Правда, в какой-то мере Штефан был прав. Где во Франции находятся эти Тулуза и Монтобан, — пилот не представлял. Судя по продолжительности полета после пересечения Пиренеев, где-то на юге страны. Хоть какая-то привязка к местности.

— Идемте, — поторопил Штефан. — Надо вас разместить и познакомить с личным составом центра.

Следом за ним они направились к одному из домиков. В Союзе подобных строений Денис не видел. Да и в Испании дома выглядели по-иному. Ну, Франция все-таки, другая культура…

Удобства в доме присутствовали. И туалет, и ванна. В одном помещении.

— Совместный санузел, — тоном знатока сказала Ольга. Ну, ей виднее.

Сам Денис смотрел на обстановку равнодушно. Как-то не привык он к роскоши, да и не нужна она ему была, по большому счету. Было бы где спать, умываться и куда ходить по нужде. Остальное неважно.

Другое дело Ольга. Она-то привыкла к комфорту отцовской финки и место, где им предстояло жить, показалось ей не очень уютным. Она так и сказала: