Шрифт:
Они пережили множество захватывающих приключений, поначалу исследуя американских медиумов, большинство из которых им удалось разоблачить как мошенников. Излюбленным приемом был следующий: они приходили на спиритический сеанс, где в качестве медиума сидел обманщик, и пугали его, материализуя реального духа.
Вместе они никогда не жили, но редко расставались надолго, являя своим союзом викторианскую идиллию, столь органичную во времена Улисса С. Гранта: ночью полковник Олкотт сидел около мадам Блаватской, если она писала. И пока работала, она курила сигареты, сворачивая их одной рукой. Тем временем, замечает полковник, большие шары света скользили поверх мебели или прыгали с места на место, «и самый прелестный колокольный звон рождался в воздухе комнаты и скользил по ней».
И я верю этим рассказам!
Мадам Блаватская пишет:
Я была послана в Америку с определенной целью. Там я нашла Олкотта, искавшего союза с духами – как позднее он обретет союз с Мастерами. Мне было приказано объяснить ему, что духовные феномены вне философии оккультизма могут оказаться опасными и увести в неверном направлении. Я доказала ему: то, что медиумы совершают через посредничество духов, прочие могут делать, не прибегая к помощи последних; колокола и чтение мыслей, постукивания и физические явления могут быть явлены и тому, кто способен действовать в своем физическом теле через органы своего астрального тела. Я обладала такими способностями уже в четыре года.
В 1885 году они создали основанное на началах здравого смысла и бескорыстия Теософское общество. Позднее Блаватская и Олкотт совершили путешествие на Дальний Восток, где полковник научился самостоятельно делать маленькие чудеса. Мадам Блаватская уже не возвращалась ни в Америку, ни в Россию. Последние пять лет своей жизни она провела с друзьями в Европе и Англии, много писала, но предпочитала жить незаметно.
Она умерла в 1891 году, став первой русской, которой довелось стать гражданкой Соединенных Штатов Америки.
У меня под рукой письмо от Джой Миллз, президента американского Теософского общества:
В свое время в печать проникли достойные сожаления ошибочные утверждения относительно мадам Блаватской. На эти публикации, не отдавая себе отчета в их ненадежности, опираются иногда и современные исследователи, повторяющие в адрес мадам Блаватской беспочвенные утверждения и даже обвинения, которые являются не только злонамеренными, но и ложными. Именно поэтому мы хотели бы оказать содействие всякому, кто заинтересован в правде относительно жизни и учения этой замечательной женщины, представительницы прошлого века.
В ответ я могу сказать лишь то, что к образу мадам Блаватской я подходил как бы «изнутри», слушая и ее, и тех, кто ее любил. Но я мог бы запросто исходить и из представления о том, что вся ее жизнь была фарсом, охотно цитировать ее многочисленных врагов, считавших мадам низкой обманщицей.
Так или иначе: мадам Блаватская принесла в Америку мудрость Востока, в которой здесь всегда, в том числе и сейчас, ощущается острая необходимость. Если она в чем-то исказила эту мудрость или что-то домыслила за восточных мудрецов, то в этом она оказалась ничуть не хуже прочих. Единственное, чего мадам Блаватская жаждала для себя – веры в то знание, которое, как полагала, она несет.
Поэтому я и говорю: «Мир и почет вам, мадам Блаватская». Меня восхищает и радует обстоятельство, что некоторое время она являлась гражданкой США. Конечно, то бюрократическая деталь.
Какой бы экзотически странной ни была та женщина, в ней было особое очарование: она считала, что все люди – ее братья и сестры, а сама она – гражданин мира. И, кроме прочего, она сказала следующее:
Пусть не солнца луч слезу осушит с глаз скорбящего, Но твоя любви исполненная щедрая рука.Вечная память!
Биафра: народ, который предали
Ранние белые исследователи западного побережья Африки оставили карты, на которых значилось: «Королевство Биафра». Никто толком не знает, где оно располагалось, что у него были за законы, какие искусства там развивались, какими инструментами пользовались люди. Ни о королях Биафры, ни о королевах не сохранилось ни одной легенды.
Что же касается «Республики Биафра», то здесь мы знаем достаточно много. Это была нация, ее общая численность превосходила совокупное количество населения Ирландии и Норвегии. 30 мая 1967 года она провозгласила свою независимость. 17 января 1970 года Биафра на условиях безоговорочной капитуляции сдалась Нигерии – стране, от которой хотела отколоться. В том мире у Биафры было мало друзей, а среди ее врагов значились Россия и Англия. Враги Биафры особое удовольствие находили в том, что называли эту нацию «племенем».
«Какое-то племя».
Биафрианцы были в основном христианами. Они говорили на каком-то особо певучем варианте английского языка. Основу их экономики составляло свободное городское предпринимательство. Свою донельзя слабую валюту биафрианцы уважали.
Мелодией национального гимна Биафры стала «Финляндия» Яна Сибелиуса. Экваториальная страна восхищалась жителями северной Финляндии, что те сохранили свою независимость, несмотря на обстоятельства, которые были против них.
Биафра утратила свободу, и я был в самом центре событий, когда рушились ее фронты. Я прилетел туда из Габона 3 января, на «Ди-си-6», зафрахтованном «Каритас», римско-католической благотворительной организацией, среди мешков с кукурузой и бобами, в окружении пакетов сухого молока. Улетел же я через шесть дней на пустом «Ди-си-4» французского «Красного Креста». То был последний самолет, по которому не стреляли.