– Помогите! Волки!

Волки? Проклятье! Я только заступил на свой пост, а в лесу уже начались какие-то проблемы.

Тут же бросил взгляд на охотничье ружьё, что лежало на широком постаменте. С этим оружием я знаком. Шомпольное, двухствольное. Примерно представляю, как из такого стрелять. Доводилось много лет назад бывать на охоте.

А что делать? Не бежать же на волков с голыми руками! И в беде оставить людей не могу. Теперь это моя территория. И все проблемы на ней должен решать я.

Поспешно распаковал упаковку с капсюлями, зарядил ружьё и помчался на улицу. На этот раз Степан не стал заваливать меня вопросами. Видимо, тоже услышал крики.

Перемахнув через полуразрушенный забор, я промчался к полосе леса за своим поместьем. Двое мужчин медленно отступали к поляне. Еле передвигали ноги, не отрывали глаз от кустов, из-за которых слышался грозный рык.

– Ну-ка отойдите! – велел я и встал перед мужиками. Вскинул мушку, нацелился на кусты.

И лишь после этого увидел, кто на самом деле скрывался в лесу. Волк там был всего один. Зато какой!

Навскидку длина его тела вместе с хвостом была больше двух метров. Лапы здоровенные, длинные. Рост у этой зверюги тоже немаленький. Такой волк и без прыжка до шеи достать сможет.

Теперь я понимаю, что имел в виду Валерьян. Звери тут и в самом деле особенные. Таких волков в моём мире точно не было!

Чёрт… Так ещё не факт, что его пуля возьмёт.

Что мне остаётся? Просто выстрелить? Попытаться испугать? Похоже, это единственный вариант. Не стану же я убегать вместе с заплутавшими.

– Возвращайся-ка ты в лес, пока не поранился, – стиснув зубы, процедил я.

Но так и не выстрелил.

По моему позвоночнику пронёсся жар. Я почувствовал, как одеревеневшие мышцы расслабились. Моё тело будто стало немного сильнее. Казалось, что внутри забилось второе сердце. Только не живое.

Магическое.

Волк тут же перестал рычать. Он остановился. Оценивающе посмотрел мне в глаза. Кажется, и его тело расслабилось. Больше нет этого напряжения в мышцах. Не чувствуется в его позе желания рвануть вперёд.

Зверь шумно выдохнул воздух через нос, затем развернулся и, наконец, ушёл назад – в лес.

– Боже милостивый! – простонал за моей спиной один из спасённых мной мужиков и выронил из рук капкан. – Барин, да мы вам теперь по гроб жизни обязаны! Видали, какая тварюга здоровая!

– Ха! Не больше твоей жёнушки, – нервно рассмеялся второй.

– Так, а чего это мы веселимся? – убедившись, что зверей рядом больше нет, спросил я.

– А чего же нам не радоваться, барин? – расплылся в улыбке полный мужчина. – Вы нам жизнь спасли! Повезло же, что вы нас услышали!

– Вы оба откуда будете? – строго спросил я.

– Как это? Вы чего, Всеволод Сергеевич? Из соседней деревни. Из Васильевки, стало быть. В ста метрах от вас живём.

Вот ведь дурни… Попёрлись на охоту без оружия. С одними ножами да капканами. Хотя охотиться здесь вообще нельзя! Этот лес ведь под охраной Дубровских.

Ну да, точно… Последним Дубровским было плевать на судьбу этих земель.

– Раз вы тут живёте, значит должны быть в курсе, что охотиться здесь нельзя, – произнёс я. – Или вам жизнь совсем не дорога?

Мои слова прозвучали двусмысленно. С одной стороны, как предупреждение, с другой – как угроза.

– Не серчайте на нас, барин, – попросил охотник. – А что нам ещё остаётся делать? За двадцать вёрст в другой лес ходить? Далековато. Там, конечно, всё зверьё нормальное, не магическое. Но оленей мы и тут неплохо ловили.

– С этого дня в моих лесах больше не охотиться, – со сталью в голосе произнёс я. – В следующий раз спасать вас не стану.

– Добро, барин, мы согласны… Эм… Вернее, мы готовы согласиться, если вы и нам немного подсобите.

Торговаться начал. Нет ещё у меня здесь никакой репутации, даже среди простых мужиков. Её придётся заслужить.

– Чем подсобить? – спросил я.

– Было ведь время, когда семья ваша уважаемая с некоторыми охотниками амулетами делилась. Чтобы хищников отпугивать. Вы ведь как-то говорили, что умеете их делать. Может, дадите нам парочку? Мы тогда точно больше в ваши леса не сунемся. Будем на восток ходить.

Какие ещё амулеты? Ладно, с этим разберусь позже.

– Договорились. Как время появится – сделаю, – кивнул я.